Книга Я – твое сердце, страница 14 – Валентина Торкья

Я, конечно, не из тех, кто любит нарушать правила. В конце концов я ведь наполовину японец. Но парка Форначи это не касается. С ограждениями или без, это слишком красивое и проклятое место, чтобы его избегать. Вот и все.

Правда, сейчас темно, а фонарей там нет. Зато полно ветхих зданий с пробоинами, мусором и бог знает чем еще. Не самое идеальное место для тихого летнего вечера. Особенно, если тебе нужно поддерживать тело в оптимальной форме в ожидании пересадки сердца.

Бьянка включает фонарик на телефоне и размахивает им у меня перед глазами.

— С этим я разгляжу твои прыщи даже в полной темноте. И его света уж точно хватит, чтобы не свалиться куда-нибудь по дороге. Давай, пошевеливайся. Я просто хочу пойти посидеть на мосту перед башней.

Это одно из самых романтичных мест, которые я знаю.

Оно не просто романтичное, там царит та атмосфера постиндустриального упадка, от которой сердце любого человека начинает биться быстрее.

Любого, кроме Бьянки, наверное. Она не из тех, кто дает волю чувствам.

Наверное.

Она уже двинулась по дорожке и даже не оборачивается, чтобы посмотреть, иду ли я за ней.

В итоге я, разумеется, сдаюсь. Включаю фонарик на телефоне и бегу следом. Ну, в смысле, быстро иду следом. Мое сердце не позволяет мне пуститься за ней бегом.

Мы пересекаем большую площадку, залитую лунным светом. По противоположной от озера стороне тянется длинное низкое здание. Стекла из больших окон давно исчезли, а двери вынесли лет сто назад. Внутри в окружении стен, украшенных граффити, лежат выброшенные на берег обломки старых автомобилей с покореженным каркасом. Их раскрасили флуоресцентным спреем в пурпурный, зеленый и синий цвет. При свете фонарика кажется, что интерьер здания специально задумали так, чтобы он напоминал дно озера: водоросли, рыбы, волны, странные существа, похожие на доисторических животных.

Наверное, при дневном свете выглядит очень эффектно. Но в темноте я чувствую себя так, будто пустился в какое-то психоделическое путешествие.

Мы с Бьянкой молча идем мимо обветшалых зданий, рассыпанных по берегу озера. Слышно, как в нескольких метрах от нас о каменные стены разбиваются волны.

Но когда мы приходим на мост, выясняется, что мы в парке не одни.

Прощай, романтика.

Людей немного – всего лишь Эудженио и Матильда, мои друзья со средней школы. И еще два или три человека, которых я не знаю.

— Такэ! – восклицает Матильда, подбегая к нам и обнимая меня.

Она в купальнике. Как и все остальные.

— Ребята, нырнете с нами? – кричит Эудженио с края моста.

Матильда бросает на него убийственный взгляд, и он бледнеет, понимая, какую глупость сморозил.

Мы с Бьянкой всегда носим с собой сумку размером с бельтбэг, но она не похожа ни на одну другую сумку или рюкзак, которые наши друзья когда-либо носили.

У нас в этих сумках не телефоны и не сигареты. У нас в них части наших механических сердец. В том числе аккумуляторы. Мы не можем оставить их дома просто потому, что они подсоединены к сердцу проводами, проходящими через кожу.

Купаться нам, конечно, нельзя. В душ тоже так просто не сходишь.

Эудженио на несколько секунд замирает в нерешительности. Наверное, он сейчас чувствует себя полным идиотом.

— Я плавки забыл, – весело отвечаю я. – Как-нибудь в другой раз. Идите, мы присмотрим за вашими вещами.