Книга Вакцина любви, страница 125 – Дейдра Дункан

Максвелл хмурится.

— Да брось, чувак. Не уходи. Я же не пытаюсь тебя задеть…

— Я не злюсь, – отвечаю я. – Просто… мне нужно домой.

Его слова тонут в шуме крови, когда я направляюсь к своему пикапу. Я несколько мгновений смотрю на руль, прежде чем завести двигатель.

В жилом комплексе ноги сами ведут меня к квартире Грейс, словно она – моя полярная звезда, мой дом.

— Заходи! – раздается ее голос в ответ на стук.

Я открываю дверь.

— Ты просто впускаешь всех подряд в свою квартиру?

— Я же знаю твой стук, Джулиан, – доносится из спальни.

На моем лице невольно расплывается улыбка.

Вот он, ее фирменный чопорный тон.

Она свернулась калачиком в постели, окруженная подушками. Влажные после душа волосы рассыпаны по груди. На маленьком телевизоре над комодом идут «Бриджертоны».

Грейс ставит воспроизведение на паузу.

— Я думала, ты тусуешься с парнями.

Пожимаю плечами.

— Предпочитаю провести время с тобой. Можно я здесь посплю?

Ее широкая улыбка развязывает узел в моем животе.

— Пришел утешить меня в час нужды?

Смеясь, я раздеваюсь до трусов и залезаю в постель рядом с ней.

Позднее, в темноте ночи, она крепко прижимается ко мне.

— Спасибо, что ты здесь, Джулиан, – шепчет Грейс сонным мечтательным голосом.

Я обнимаю ее в ответ, уткнувшись лицом в ее шею.

— Я люблю тебя.

Тишина, наступившая после моих слов, оставляет кровоточащие раны на моей душе.

Почему ты не отвечаешь мне тем же?

Март, второй год обучения

Любовь. Со стороны это может показаться захватывающей мечтой. А изнутри… это словно оказаться внутри бриллианта, пронизанного солнечным светом. Каждый луч преломляется, множится, создавая ослепительные радуги, танцующие на гранях. Тепло. Светло. Бесконечно.

Именно это меня и пугает.

Бриллианты прекрасны, но хрупки. Они ломаются под давлением. Их можно подделать.

«Но Джулиан бы так не поступил», – шепчу я сама себе.

Этот голос звучит в моей голове как заезженная пластинка.

Два месяца прошло с тех пор, как он признался мне в любви, но я никак не могу заглушить эхо прошлого. Воспоминания о последнем «влюбленном» в меня мужчине преследуют меня.

Мэтт лгал.

Любовь не должна оставлять шрамов. Не должна унижать. И ставить условий.

Его «любовь» сломала меня.

Я хочу исцелиться. Хочу забыть о нем и доверять своей интуиции, которая кричит, что Джулиан – другой.

Но я не могу. Все кажется мне слишком идеальным, чтобы быть правдой.

Я поворачиваюсь к Джулиану и целую его в плечо. Он спит крепко, одна его рука лежит на груди, а другая обвилась вокруг моего запястья. Даже во сне он ищет моего прикосновения. Серебристый свет мартовской луны очерчивает его лицо. Резкие линии челюсти и носа проступают сквозь темноту, а лунная пыль, осевшая на щеках и веках, подчеркивает густоту его ресниц. Он словно соткан из серебра.

Я люблю тебя.

В мыслях эти слова рождаются легко, как дыхание. Но они замирают, не успев сорваться с губ.

Молчание эгоистично. Он открылся мне, и я должна ответить ему тем же. Это обожание, пронизывающее меня до костей, невозможно спутать ни с чем другим. Я люблю его, но произнесение этих слов подразумевает столкновение с реальностью. Это означает передачу власти надо мной.

Я должна доверять ему. Но как?

Слезы подступают к глазам.

Доверить кому-то свою самую уязвимую часть… однажды это меня чуть не уничтожило. Где найти силы рискнуть снова? Как люди умудряются снова влюбляться? Как исцеляют разбитые сердца и стирают въевшиеся в сознание страхи?