Книга Искренне. Безумно. Навсегда, страница 27 – Л. Дж. Шэн

Что же это за слово, черт подери? Думай, Калла, думай!

— Задница? – Я ехидно улыбнулась. Знала, что произойдет, если не скажу этого слова.

Он мрачно выдохнул, как разочарованный учитель.

— Не первая дырка, которая пришла мне на ум, но принимаю за попытку. У тебя осталось еще две.

— Банан? – Я вспомнила, что это был фрукт. Или овощ? Точно что-то, связанное с едой.

Он снова покачал головой.

— Нет, но я понимаю, куда ты клонишь, и не злюсь. – Его член дернулся у меня между ног.

Хорошо. Да. Это точно было чертовски приятное возвращение.

К тому же я напугалась от происходящего вовсе не так, как должна была.

— Дай подсказку, – извиваясь, попросила я. – Это фрукт или овощ?

— Фрукт, – непреклонно произнес он.

Груша? Маракуйя? Гуава?

— Дай еще подсказку. – Было приятно ощущать на себе вес Роу. До такой степени, что у меня потекли слюни, соски встали торчком, и я была на девяносто девять процентов уверена, что нахожусь на грани небольшого оргазма.

— Отличная попытка. Ты и первой подсказки не заслужила.

Не поспоришь. Но какая незадача – мы терлись друг о друга, и между ног у меня возникло непреодолимое томительное ощущение. То, что до ужаса напоминало кое-что с большой О. И я говорю не о королеве Опре.

— Еще одна попытка, Пятнышко. Что это за волшебное слово?

— Манго! – взволнованно бросила я ему в лицо.

— Ответ неверный, – спокойно, ровно и непоколебимо сказал Роу. – Слово, которое ты пыталась вспомнить, – помидор.

— Ты сказал, это фрукт!

— Помидор и есть фрукт.

— Как он может быть фруктом, если его кладут в салат? Фрукты классные.

— Как и расплата, – невозмутимым тоном бросил Роу. – Наслаждайся.

Свободной рукой он стал щекотать меня под мышкой и на шее, еле ощутимо провел пальцами по всем чувствительным зонам на моем теле, и теперь я уже не ерзала, а исступленно металась под ним. Нет на Земле человека, который боялся бы щекотки сильнее меня. Это патология. Я могла описаться. Я приподнялась и попыталась в отместку укусить Роу.

— Отпусти меня!

Я уворачивалась, молила и плакала от смеха, пытаясь вырваться, но он щекотал меня везде: ребра, шею, за ушами. Я была в ужасе и восхищении от того, что самому угрюмому человеку на свете удалось заставить меня улыбнуться в один из печальнейших дней моей жизни.

Я была опасно близка к тому, чтобы обмочиться и кончить, а потому мечтала, чтобы сюда сейчас же спустилась мама, пока я не сделала то, от чего никогда не оправлюсь. От отчаяния я мысленно направила молитву во вселенную.

Боже милостивый,

Я знаю, что не была образцовой христианкой. И знаю, что всего раз отказалась от чего-то ради поста, да и то – от «Скиттлс», потому как у меня аллергия на красный краситель, но сейчас мне и правда нужна услуга.

Пожалуйста, пусть Роу перестанет меня щекотать. Вряд ли я переживу еще одно унижение, и есть у меня ощущение, что пятно от мочи размером с Небраску на моем платье и оргазмические судороги, возникшие, пока он упорно пытается меня подчинить, сделают мое пребывание в Стейндропе, осторожно выражаясь, затруднительным.

Обещаю хорошо себя вести. Жертвовать то немногое, что у меня есть, на благотворительность. И не захлопывать дверь перед носом Свидетелей Иеговы, когда они сообщат, как сильно ты хочешь, чтобы я сделала что-то значимое в жизни.

Запуск подкаста – это ведь значимый поступок? Просто пытаюсь быть практичной. Твоей девочке нужно оплачивать счета и спонсировать свою зависимость от ароматических свечей.

С уважением, Кэл.

P. S. Пожалуйста, передай привет Иисусу и скажи: мне жаль, что он умер за мои грехи только ради того, чтобы я переспала с братом моей лучшей подруги, а потом почти набросилась на него на маминой кухне в день похорон папы. Он достоин большего.