Книга Отец подруги. Моё наваждение, страница 120 – Элен Блио

Быстро натягиваю белье, кидаю запасное в рюкзак. Туда же отправляются колготки, толстовка, лосины.

— Ева, я же сказал, ничего не бери.

Зыркаю на Адама быстро, он замолкает. Не бери! Где я там буду по Сургуту шарохаться в поисках исподнего? Может, оно, конечно, мне и не понадобится… судя по горящему взгляду Агдамова – точно нет. Но лучше пусть оно будет. Сгребаю косметичку, расческу, дезодорант, маленький флакон туалетной воды.

— Всё, готова.

— Умница. Паспорт возьми еще.

— Взяла.

— Отлично, поехали.

Выходим в коридор, мама стоит у двери кухни, к косяку прислонившись.

— Далеко? Надолго?

— В Сургут, Евгения Владимировна. Срочно понадобился личный помощник.

— Неужели прям срочно? – мамуля опять язвит. – Премию не забудьте выписать… помощнику.

— Мам! – краснею, по-своему её слова воспринимая.

— Премия будет, однозначно. Извините, что вот так нам с вами пришлось познакомиться.

— Да, хоть так. И то хорошо… Дочь, долетите – позвони, чтобы я не волновалась. И когда назад – тоже.

— Хорошо, мамуль. – обнимаю её, целую в щеку, шепчу, – Прости, мам…

— Нормально всё. Ты… веди себя там хорошо.

— Я веду… хорошо.

Адам переплетает наши пальцы.

— Всего хорошего.

Через пять минут мы уже несемся по шоссе, водитель выстраивает маршрут по навигатору, отчитывается, Адам звонит кому-то, видимо в аэропорт, сообщает, когда готовить самолёт.

С ума сойти! Я полечу с ним в Сургут! На частном самолёте! Просто… фантастика! Я сижу сейчас в его машине, и он обнимает меня, впечатывая губы в мою макушку.

— Охренеть, малыш.

— Что? – поднимаю глаза, встречаясь с его взглядом.

— Первый раз такую дичь творю.

— Почему дичь? – даже обидно как-то…

— Потому что. Потому что на самом деле мне надо тебя отпустить.

— Куда? – еще улыбаюсь, не до конца понимая смысл сказанного.

— Туда. В клуб. К таким как Артур. Тебе надо общаться с молодыми, встречаться с парнями чуть постарше, найти себе нормального, замуж выйти, детей родить…

— Детей? Которые будут в каше измазаны, да?

— Именно, в каше.

— То есть ты не думаешь, что у меня может быть чистый ребёнок, да? Ухоженный? Я, по-твоему, что, криворукая? Или… заторможенная? – меня просто дико бомбит от его слов! – Почему ты считаешь, что я… Значит, у претендентки на роль твоей супруги всё будет чистенько и аккуратно, да? Идеальный бейбик, идеальное тело, идеальный дом… а я? Я неряха глупая?

— С ума сошла? Ева, ты что?

— Ничего. Скажи, чтобы машину остановили, никуда я не поеду! Тебе там есть с кем время проводить! Пусть та, которая к тебе в номер ночью приходит тебя и ублажает. А у меня тут свои дела.

— Уймись, Ева!

— Не хочу! Не хочу я униматься! Почему ты меня всё время оскорбляешь? Почему ты не понимаешь, что твои слова ранят? Я люблю тебя, а ты… ты…

— Я тоже.

Что? Глазами хлопаю, пытаясь дышать. Что он сказал?

— Я тебя тоже люблю.

Смотрю на неё, кажется, клеймо сейчас выжгу глазами. Не понимает, что ли, что довела меня до ручки? Что я с руки у неё жрать готов? Да на все готов, лишь бы вот так… Лишь бы иметь возможность прижать её и нырнуть в этот аромат невинности и секса, которым от неё за километр тянет, на который мужики слетаются как шершни на мёд? Все, все готовы её облизывать, только дай!

Хрен там!

Моя! Моя и всё!

Готов как первобытный охотник с дубиной стоять, защищая.