Книга Отраженная реальность, страница 38 – Тери Нова

Далее происходит то, к чему я совсем не готова. Решительным движением Хайден сдвигает меня в сторону и устремляется вперед, собираясь бросить книгу в огонь, я не думаю, резко выпаливая громкое: «НЕТ!», бросаясь наперерез. Не знаю, почему вообще защищаю этот несчастный сборник рассказов, может быть, потому что все когда-то кем-то написанное – огромный титанический труд, даже если этот кто-то – ужасный по своей природе мизогин и убийца животных.

Что сделано, то сделано.

Наши тела сталкиваются, свободная рука Хайдена ложится на мою талию, и все стихает, а книга падает на пол к нашим ногам, нетронутая пламенем. Так почему же тогда все вокруг полыхает так ярко, что приходится зажмурить глаза?

Однажды ученые физики выяснили, что прикосновений в самом деле не существует. То, что наше тело считывает за контакт, – всего лишь результат отталкивания электронов на поверхности нашего тела от электронов на теле другого человека. По-настоящему же никакие обнаруженные частицы во Вселенной не соприкасаются друг с другом. Величайший обман физики оказался благословением и мыслью, за которую я цеплялась после выписки, когда папино внезапное прикосновение причинило боль. И вот теперь, стоя в объятиях Хайдена, я почти готова погрузиться в его твердое тело целиком, ощущая острую потребность в том, чтобы нарушить законы физики и вырваться из лап кошмара, согреваемая руками своего спасителя. Кончик его мизинца медленно проводит по открывшейся полоске кожи на моей пояснице…

БАМ!

Неизвестно откуда взявшийся шорох деревянных бусин появляется так же внезапно, как холод, вьющийся по ногам, пророческие слова Рашель набатом отдаются в каждой клеточке тела, резонируя и становясь миллионами голосов в моих ушах. Вибрация от них вызывает гудение, а дрожь по силе сравнима с небольшим землетрясением. Я одна это чувствую?

— Так я и знал, – просто произносит Хайден, его дыхание обжигает мое лицо. Я открываю один глаз, затем другой, пойманная с поличным. Теперь он все расскажет папе, и опасность, нависшая невидимым грузом, обрушится…

Делаю шаг назад, глядя на него исподлобья со смесью мольбы и паники, я так зла на себя и свою опрометчивость. Мне удавалось сохранять контроль, пока он не ворвался в наш дом и все не испортил. Пока я все не испортила.

— Скажешь что-нибудь в свое оправдание? – испытующий взгляд прожигает сквозь тонкую кожу, Хайден поднимает между нами руку, которой только что ко мне прикасался, и сжимает ее в кулак. Когда я слишком долго молчу, он кивает, запуская руку в карман пиджака. – Вот, позвони, если голос к тебе вернется, – в моих руках оказывается простая белая визитная карточка с черными буквами и номером телефона. Хайден разворачивается, чтобы уйти, но на пороге задерживается, бросая в мою сторону последний взгляд, в котором читается обещание – он никому не расскажет.

Я остаюсь в библиотеке до самой глубокой ночи, не решаясь вернуться в комнату, где оставила телефон, а кошмары впитались в накрахмаленные простыни, сколько бы раз их ни стирали. На самом деле не имеет значения, где спать, в уютной спальне с умершими детскими воспоминаниями или в неудобном кресле безлюдной библиотеки, монстры живут глубоко в моей голове, и от них нет спасения.

Ну да, я – самая большая лгунья в мире, и что с того? А как бы вы поступили, зная, что от молчания зависит благополучие вашей семьи? Я не знаю, кто посылает сообщения на мой телефон, но самого факта достаточно, чтобы заставить меня жить в страхе. Иногда задаюсь вопросом, планировал ли он отпустить меня после того, как поиздевался вдоволь. Так или иначе, появление Хайдена все изменило.