Книга Твоё идеальное чудовище, страница 67 – Филиппа Фелье

— Пожалуйста, Кай.

Она боится, что я убью соседей? Не хочет видеть кровь? В чём дело?

Стук снова повторяется. От него даже стены вибрируют.

— Она явно в гневе, я не отпущу тебя одну, – я делаю шаг к двери.

Мышка упирается мне в грудь ладошками, останавливая.

— Прошу, прошу, пожалуйста, Кай, – она умоляюще смотрит на меня. – Позволь мне самой. Тем более ты…

Она опускает глаза вниз, на моё возбуждение. И краснеет с удвоенной силой.

— Немного не одет, – мямлит она.

— И плевать.

— Нет! Нет, Кай. Если тебя увидят в таком виде, то обо мне пойдут слухи.

— И?

— Я этого не хочу.

На столе вибрирует мой телефон. Бросаю взгляд на экран.

Док.

Блядь. Как невовремя.

Я подхожу к двери.

Дарина ловит меня за руку, в попытке остановить. Я смотрю в глазок. Вижу женщину, хрупкую. Она одна, без телефона, без сумки. В тонком домашнем халате, под которым не спрятать оружие. Угрозы не представляет.

Даже, если отойду, смогу вмешаться в любой миг.

Я поворачиваюсь к моей Даре. Смотрю в её умоляющие глаза… и просто не могу отказать ей в этой маленькой иллюзии свободы. Пусть думает, что принимает решения самостоятельно. Ведь я здесь, рядом. Контролирую каждый шорох.

Тем более, не могу отказать, когда она так просит. Впервые, не умоляет, не требует, а просит. Если откажу – она закроется. А мне нужно её доверие. Мне это важно. Я не знаю почему.

— Только потому что ты просишь, Мышка, – я провожу пальцем по её щеке. Кожа такая нежная, что хочется облизать её. Всю. – В следующий раз я разберусь сам. А тебя привяжу к постели. Лентами. Как обещал.

Она краснеет, но часто кивает головой.

А я иду к разрывающемуся телефону.

На экране раздражающее имя. Док.

В дверь продолжают настойчиво стучать. Дарина справляется с одеждой дрожащими руками. Кричит что сейчас откроет. Быстро поправляет растрёпанные волосы перед зеркалом в коридоре. Такая причёска ей безумно идёт. Нужно трахать её почаще.

И не отпускать от себя. Возможно, это её последняя возможность просить меня быть самостоятельной.

Я набираю полную грудь воздуха долгим, протяжным вдохом. И медленно выдыхаю.

Натягиваю брюки. Беру телефон и выхожу на застеклённую лоджию, чтобы Док не услышал происходящее. Оставляю дверь приоткрытой. Мой слух сосредоточен на ней.

Собираюсь послать Дока подальше. Чтобы выбирал время, когда звонить, мать его так.

— Слушаю, – сухо отвечаю я, принимая вызов.

— Твой подопечный пытался сбежать.

— Блядь.

В коридоре тишина. Никаких намёков на угрозу. Но я всё равно напряжён.

— Моя первая реакция была такая же, – хмыкает он. – В общем, он в реанимации. Швы разошлись.

— Малолетний придурок. Лучше бы я его добил.

— Наверное, да. Потому что его уже искали те, кого он слил.

— И?

Входная дверь громко хлопает. Дверь на лоджию повторяет за ней, закрывшись от сквозняка. Я резко оборачиваюсь. Толкаю её, но она не поддаётся.

Замок заклинило?

Толкаю снова – тот же результат.

— Ты же знаешь правила моей клиники. Никаких данных о пациентах третьим лицам. Я смог их выставить, но не думаю, что они сдадутся, Кай. Может, к нему домой пожалуют. Даже хорошо, что его сестра не там, а у тебя.

На меня будто ведро ледяной воды выливают. По спине адские льдины прокатываются. Сердце проваливается в ледяную бездну.

Эти упыри могли заявиться сюда. Могли. И скорее всего…