Книга Мальчик, страница 35 – Лера Титова

Она засмеялась.

— Ты невыносим, — сказала она.

— Я знаю.

— Я люблю тебя.

— Я знаю.

— Ты тоже скажи.

— Я люблю тебя, Виолетта.

Она поцеловала его.

Из коридора послышался голос Джульетты.

— Выходите! — крикнула она. — Завтрак стынет!

— Идём! — крикнул Микеле.

— Я сказала — идём!

Микеле посмотрел на Виолетту.

— Она всегда такая? — спросила она.

— Всегда.

— Ты её любишь?

— Да.

— А она тебя?

— Тоже.

— Это хорошо.

— Не знаю.

— Узнаешь.

Она поцеловала его.

— Одевайся, — сказала она.

— Не хочу.

— Надо.

— Почему?

— Потому что она не уйдёт.

Он вздохнул.

— Ты права, — сказал он.

— Всегда права.

— Не всегда.

— Сегодня — права.

Он встал. Протянул руку.

— Идём, — сказал он.

— Идём.

Они оделись. Вышли.

Джульетта стояла в коридоре с подносом.

— Вы живы, — сказала она.

— Да, — ответил Микеле.

— Вы выглядите...

— Как?

— Счастливыми.

Микеле посмотрел на Виолетту.

— Мы счастливы? — спросил он.

— Не знаю.

— Врёшь.

— Да. — Она улыбнулась. — Счастливы.

Джульетта улыбнулась.

— Наконец-то, — сказала она. — А то я уже думала, что вы оба умрёте идиотами.

— Мы идиоты, — сказал Микеле.

— Но живые.

— Пока да.

Джульетта покачала головой.

— Идите завтракать, — сказала она. — Я поставлю в гостиной.

— Спасибо, — сказала Виолетта.

— Не благодари. Я сестра.

Она ушла.

Микеле и Виолетта пошли в гостиную.

После завтрака Микеле предложил Виолетте прогуляться.

Не в саду — в городе. Виолетта удивилась. Он никогда не предлагал гулять по городу. Слишком опасно. Слишком много врагов. Слишком много глаз.

— Ты уверен? — спросила она.

— Уверен.

— Война кончилась?

— Кончилась.

— Врагов больше нет?

— Винченцо сказал, что все мертвы.

— Ты веришь Винченцо?

— Всегда.

— Тогда пойдём.

Она взяла его за руку. Они вышли.

Улицы Палермо были полны людей.

Туристы с картами, местные с сумками, дети с мороженым. Микеле шёл с Виолеттой за руку, чувствовал себя чужим в этом мире нормальной жизни. Он не привык к толпам. Не привык к улыбкам. Не привык к тому, что никто не смотрит на него с ужасом.

Виолетта шла рядом, смотрела по сторонам, улыбалась.

— Ты счастлива? — спросил он.

— Да.

— Правда?

— Правда. Я никогда не была так счастлива.

— Даже когда была маленькой?

— В детстве я была несчастна. Отец бил меня. Мать пила. Я не знала, что такое счастье.

— А теперь?

— Теперь — знаю.

Она остановилась. Повернулась к нему.

— Теперь я знаю, что такое быть любимой. Быть нужной. Быть живой.

— Ты жива.

— Благодаря тебе.

— Ты жива благодаря себе. Я только помог.

Она поцеловала его. Прямо на улице. Прямо при всех.

Люди смотрели. Кто-то улыбался. Кто-то отворачивался. Кто-то фотографировал.

Микеле было всё равно.

— Пойдём в кафе, — сказал он.

— Я хочу мороженого.

— Я знаю.

— Фисташковое.

— И лимонное.

— Ты запомнил.

— Я запоминаю всё, что связано с тобой.

Она улыбнулась. Взяла его за руку.

Они пошли в кафе.

Кафе на площади Массимо.

Те же столики. Те же зонтики. То же мороженое.

Виолетта ела, смотрела на собор и улыбалась.

— Я люблю этот город, — сказала она.

— Почему?

— Потому что здесь я нашла тебя.

— Ты нашла меня в саду.

— Я нашла тебя в Палермо. В саду — только встретила.

— Какая разница?

— Большая.

Она откусила ложку мороженого.

— Ты будешь? — спросила она.

— Нет.

— Микеле.

— Хорошо.

Он наклонился. Она поднесла ложку к его рту. Он открыл рот.