Книга Любимый злодей. После, страница 91 – Д. С. Одесса

Неужели нам с Нурией было отведено так мало времени? Неужели я должен был узнать и полюбить ее всего на пять месяцев? А теперь мне предстоит жить с мыслью о том, что я спал с собственной сестрой? Боже! Эти мысли буквально убивают меня и сводят с ума!

Схватившись за голову, я рву на себе волосы.

— Демон! – кричит Лекс. – Что ты задумал?

Убраться отсюда. Уйти. Без понятия. Я хочу свалить, просто уехать подальше от этого темного урагана, который меня преследует.

Я подхожу к черной «Ямахе», выуживаю из кармана куртки ключ от мотоцикла и быстрым движением заменяю маску на мотоциклетный шлем, который лежал на сиденье.

Затем сажусь на мотоцикл, пока Лекстон с криком и ругательствами не догнал меня на своих костылях. Мобильник я выбрасываю, так как не хочу, чтобы меня доставали звонками или сообщениями. Айфон летит в кусты, после чего я завожу двигатель и резко даю газ.

Стремительно развернувшись, я выезжаю с парковки, где стоят дорогие спорткары и лимузины, чьи владельцы давно мертвы.

Гравий брызгами разлетается во все стороны, и я сворачиваю направо на жилую улицу. По обеим сторонам дороги выстроились до отвращения скучные коттеджи. Видеть их не могу, не могу спокойно смотреть на дома, которые построили счастливые семьи. Мне не суждено иметь семью, как бы сильно я этого ни желал. Так что да, долбаная судьба, значит, буду жить один.

Ведь если Нурия не будет моей, живая или мертвая, то мне вообще не нужна женщина рядом!

Какое нелепое желание – хотеть женщину, которой буду нужен только я, которая не станет оценивать меня лишь по внешности, статусу или деньгам. Которая не была бы знакома со мной, не знала ничего ни обо мне, ни о моем прошлом. Почему эта дрянная судьба заставила меня влюбиться именно в Нурию? В женщину, любовь к которой запретна?

Я реву под шлемом, выжимаю на газ еще сильнее и с убийственной скоростью вылетаю из населенного пункта. Как одержимый несусь по проселочной дороге, готовый совершить малейшую ошибку, чтобы тоже умереть. На скорости более ста шестидесяти я вхожу в поворот, срезаю его и надеюсь, что навстречу мне выскочит грузовик, что я потеряю управление и врежусь в дерево. Снова прибавляя газ, я выпускаю весь свой гнев.

Но тут вижу впереди на обочине двух детей, которые, вероятно, гуляли в лесу с родителями. Они сцепились из-за мяча, и девочка отшатывается назад, на мою полосу дороги. Я немедленно торможу, чувствуя, как заднее колесо скользит вбок, и ненадолго теряю контроль над мотоциклом. Чего я никогда не хотел бы делать, так это втягивать в свои проблемы невинных людей. Остановившись в считаных сантиметрах от девочки, я тяжело дышу. Мальчик смотрит на меня полными ужаса глазами.

— Эмми, пойдем. Пойдем скорее.

Он помогает девочке встать на ноги, а я еще больше ненавижу себя за то, что готов был зайти так далеко и безрассудно подвергнуть опасности других.

Вскоре я снова трогаюсь с места и еду вдоль побережья. И через час с лишним, в течение которого гнев угасает, оставив лишь отчаяние, останавливаюсь на пустынной смотровой площадке.

Припарковав мотоцикл, я слезаю с него, подхожу к перилам и смотрю вниз, на довольное бурлящее море. Море, которое однажды поглотило Нурию, чтобы я встретился с ней несколько лет спустя.

Отточенным прыжком перемахиваю через ограждение, сажусь на него и пытаюсь успокоиться. Далеко подо мной горячее солнце отражается в волнах, которые тут же разбиваются о выпирающие из моря скалы.