Книга После развода. Второй женой не стану!, страница 17 – Панна Мэра

Мои губы дрожат.

— Там есть еще и адрес, — продолжает она. — Ты должна приехать туда и сказать, что ты от Фатимы. Тебе помогут. Без вопросов.

Я прижимаю конверт к груди.

Слова благодарности застревают в горле, превращаясь в новый поток слёз.

Никто.

Никогда.

Не делал для меня ничего подобного.

— Я… Я не знаю, как тебя благодарить…

— Не надо, — мягко перебивает она. — Просто уезжай.

Я снова заглядываю внутрь конверта, будто деньги могут исчезнуть. Будто это сон. Будто сейчас дверь откроется, и меня снова заставят вернуться в ту жизнь, где у меня нет прав.

Металл тихо скользит по полу.

Я вздрагиваю.

Под дверью появляются ключи.

Они блестят в полоске света от уличного фонаря.

Я поднимаю их дрожащими пальцами.

— После полуночи, — шепчет Фатима. — Все будут спать. Выйдешь через задний вход. Я оставлю его открытым.

Моё сердце начинает биться быстрее.

Слишком быстро.

Это происходит на самом деле.

— И главное… — её голос становится твёрдым, — не возвращайся. У тебя не будет другого шанса.

Слова падают тяжело. Я сжимаю ключи в ладони так сильно, что металл впивается в кожу.

Перед глазами мелькает всё: дом, лицо свекрови, холодный взгляд Абсалама, кольцо моей матери на пальце другой женщины…

И мой ребенок!

Мой ангелок, которого я сейчас ношу под сердцем.

— Ради него… — шепчу я, и закрываю глаза, когда из-за двери слышится тихий ответ:

— Ради себя тоже.

Абсалам

Я просыпаюсь от тёплого дыхания у своей шеи.

Мягкие руки обвивают меня сзади, ногти слегка касаются кожи, и сонный голос шепчет что-то неразборчивое.

— Ммм… Останься… Ещё немного…

Я узнаю этот голос, даже не открывая глаз.

Дилара.

Я медленно открываю глаза и смотрю в потолок. Комната залита бледным утренним светом. Воздух пахнет её ночными кремами. Сладкими, густыми, чересчур приторными для раннего утра.

Она прижимается ко мне плотнее.

Красивая.

Очень красивая.

Статная фигура, длинная шея, гладкая кожа, идеальные черты лица. Женщина, на которую оборачиваются. Женщина, которую приятно показать миру. Женщина, которая подходит мне.

По статусу.

По внешности.

По тому, как держится на людях.

Её присутствие рядом усиливает меня. Делает образ завершённым.

Я поворачиваю голову и смотрю на неё. Дилара улыбается сонно, лениво, уверенно. Так улыбаются женщины, уверенные в своей власти над мужчиной.

И да, я испытываю к ней чувства.

Сильные.

Она будоражит кровь.

Но даже в этот момент внутри поднимается другое воспоминание. Резкое, как удар.

Аля.

С ней было иначе.

Там был пожар.

Крышеснос.

С ней я терял контроль, забывал себя, ломал собственные правила.

Дилара это не огонь.

Она дополнение.

Правильный штрих к моей жизни.

Но матерью моего ребёнка… Матерью моего рода… Она быть не может.

В ней нет той глубины.

Той мягкости.

Той тишины.

Рука Дилары скользит по моей груди.

— Не уходи… — шепчет она. — Сегодня никуда не надо…

Я аккуратно убираю её руку.

— У меня много дел.

Она приподнимается на локте, её волосы падают на плечо.

— Ты всегда занят, Абсалам…

— В другой раз.

Я поднимаюсь с кровати. Пол холодный, но это мгновенно возвращает ясность.

Она смотрит на меня с лёгкой обидой, но быстро прячет её за улыбкой.

Дилара умеет быть удобной.

Это тоже её достоинство.

Я надеваю рубашку и выхожу, не оборачиваясь.

Коридор тих. Дом ещё спит.