Книга Измена. И глупо, и поздно, страница 77 – Дора Шабанн

— Галя, что это за бред ты придумала?

Оглядела бывшего мужа с головы до ног. Выглядел он ещё более паршиво, чем в предыдущий свой визит: помятый, потасканный, обрюзгший.

Честно, я бы совершенно спокойно дала ему лет шестьдесят. А где же омоложение от благотворного влияния юной спутницы?

Но, вообще, это было очень странно и грустно, потому как Говоров, все время, что я его знала, и мы жили вместе, всегда был бодр, весел, подтянут, а в глазах его горел огонь. И даже в те дни, когда нам было непросто, он не походил на унылого, опустившегося бомж… пенсионера.

А когда Коля стал гневно высказывать мне свои нелепые претензии, я поняла: очень может быть, кое-кто злоупотребляет алкоголем.

И вот тут стало очень-очень страшно.

Цирроз печени, что свел в могилу всех его родственников, которых я знала, перестал быть призраком на заднем фоне его жизни, а оказался очень даже реальной перспективой.

Это было ужасно.

Пусть Коля поступил, как скотина, но я слишком долго прожила рядом с ним, заботясь о нем, беспокоясь о его состоянии, чаще всего ставя его интересы впереди собственных. И вот теперь, глядя на то, как он натурально разрушается, мне было больно.

Гораздо больнее, чем от всех тех глупых слов, которые бывший муж на меня вываливал.

— С ума сошла? Я же сказал: будет возможность, буду платить! Можно подумать, у тебя нет денег? Потом всё отдам, просто сейчас такая ситуация… ты же отказалась помогать…

Честно говоря, это выступление для меня оказалось каким-то странным потоком сознания, который заставил задуматься:

— Скажи, а ты на такси приехал?

Коля резко замолчал, посмотрел на меня внимательно и недоверчиво.

— С чего вдруг? У меня, если ты не забыла, машина есть.

— Машина — это хорошо, — кивнула спокойно, а потом добавила, — но ты явно пил. И не только вчера. А вождение в нетрезвом виде чревато как штрафами, так и, к сожалению, возможными ДТП.

И тут он взорвался:

— Хватит меня поучать! Хватит лезть в мою жизнь! Тебя один раз попросили помочь, но ты отказалась! Всё! Не смей больше вмешиваться…

Ну что же? Выслушав эти гневные вопли, я решительно закрыла в дальнем уголке своего сознания все сожаления о несбывшемся, переживания о здоровье Говорова и мою печаль.

Просто встала и пошла в прихожую. Удивительно, но Коля сразу потащился следом.

Выйдя в коридор, я распахнула входную дверь, указав на неё совершенно определённым жестом:

— Проваливай, Говоров. Я тебя выслушала, хотя и не должна была. Ты решил забыть о своем обещании? Я нашла возможность о нём напомнить. Всё остальное — в руках правосудия.

Жутко ругаясь, Коля вышел из квартиры, а я, захлопнув дверь и закрыв её на все замки, бессильно прислонилась к ней понимая:

— Все ушло. Безвозвратно. Даже ради детей, даже в память о прошлом, я не смогу сохранить с Колей сколько-нибудь приличные отношения, потому что, ну бы его на хрен.

Да, от общения с Алиной и Колей расстроилась я сильно, и приехавший к ужину Эль это понял, найдя меня у плиты в слезах.

— Так, любимая, это никуда не годится. Но мы сейчас разберемся, Гала́! — Эльдар призвал на кухню Тасю и выяснил ее планы.

А затем объявил:

— Сейчас вы, девочки, собираете свои сумки. Потом мы отвезем Тасю на дачу к родителям, а с тобой, моя дорогая, помчим в аэропорт.

И пока обалдевшие мы собирали вещи, через каких-то знакомых, родственников или еще кого-то подобного Эльдар добыл нам билеты в Хургаду, на берег Красного моря, в пять звезд.