Книга Измена. И глупо, и поздно, страница 79 – Дора Шабанн

А после, прижав меня к себе, фыркнул на ухо:

— Любимая, я рад, что ты позволяешь себе плакать, моя умничка. Ты живая и настоящая, у тебя есть чувства, и это прекрасно! Не скрывай их и не стыдись!

Эльдар принялся меня целовать, а я замерла, ведь много лет назад Коля сказал:

— Чего ревешь? Ну-ка, быстро взяла себя в руки, собралась, сопли утерла и вперед, пахать! Никто, кроме тебя, проблему не решит, так что некогда рыдать…

Так я с той поры и держалась, не позволяя себя расклеиться, запрещая плакать, да и жила по принципу: «никто, кроме меня, проблему не решит…».

Ой, ду-у-ура!

Пришлось срочно сбегать умыться, а потом продемонстрировать Эльдару весь тот восторг, который я испытывала рядом с ним.

А дальше месяц покатился под горку: быстро, но переживательно.

Тася, нервная, замученная и слегка отливающая зеленцой, читала конспекты и даже что-то считала на ходу, умываясь, сидя в расслабляющей ванне с пеной, не говоря уже про «за столом» и по дороге в школу. Ребенок слишком ответственно, на мой взгляд, готовился к участию в олимпиадах и к выпускным экзаменам.

Я же, мысленно благословляя Эля и доставку, была по уши занята своими горящими проектами.

Стандартных решений у меня в принципе никогда не было и приходилось к каждому интерьеру подходить индивидуально. Однако в середине месяца стало очевидно: при сохранении того же принципа работы, я не уложусь в сроки. Поэтому пришлось остановиться, хорошенько подумать да выделить несколько удачных вариантов компоновки и организации пространства, которые прекрасно вписывались в любой метраж.

С новыми готовыми блоками работа пошла веселее. Уникальность и эксклюзивность для каждого объекта добиралась на цветовом оформлении интерьеров, особенных деталях и обыгрывании индивидуальных пожеланий и предпочтений заказчика.

Да, после сдачи первых двух проектов из семи, состояние банковского счета позволило мне посмотреть в будущее более оптимистично.

В двадцатых числах Эль за очередным нашим «выходным» ужином в ресторане вдруг предложил:

— Любимая, а почему бы вам с Тасей не переехать ко мне? Места много, кабинет тебе организуем без труда. В школу Тасе ходить даже ближе. А квартиру вы сможете сдавать, так что и средства на выплату кредита, пока идет суд, будут.

— Эль, спасибо! — с благодарностью на него посмотрела.

Этот невероятный мужчина продолжал меня удивлять. Но, кроме моих личных заморочек, была еще и объективная реальность, поэтому пришлось отказаться:

— Сейчас такое напряженное время, а Тасе в родных стенах привычнее и спокойнее.

И да, это не было кокетством, а являлось абсолютной правдой.

Каждые выходные апреля у моей дочери были выездные олимпиады, по результатам которых она могла бы претендовать на внеочередное зачисление в один из петербургских ВУЗов, поэтому ребенок сейчас пахал, как раб на галерах, передвигаясь по дому на автопилоте, напоминая при этом весьма несвежее умертвие.

И как бы нам ни хотелось, но проводить выходные за городом с родителями Эля в апреле не получалось никак.

Честь им и хвала, но Алихановы действительно «вошли в положение» и приезжали в город на неделе: в среду или четверг. Таким образом, мы проводили вечера вместе: то прогуливаясь по одному из парков, то выбираясь в какой-нибудь детский развлекательный центр, а иногда просто тихонечко ужинали, бывало, что у нас на кухне.