Книга Измена. Право на ошибку, страница 5 – Диана Ярина

Но с другой стороны эти часы казались мне пыткой.

Я набираю номер.

По памяти.

Вот так, на память я знаю всего несколько номеров: свой, номер мужа, сына и нашего семейного врача — но лишь потому, что у него красивый номер, одни тройки.

Один гудок.

Два.

Третий гудок.

Все остаются без ответа.

Неужели он не поднимет?!

— Алло? — раздается в динамике голос Саши после череды каких-то шумов и шорохов.

— Сынок, — задыхаюсь. — Это я, мама.

— Мама? Почему ты звонишь с чужого номера? Что случилось?

— Кое-что… произошло. Саш, нам срочно надо поговорить.

Неожиданно за моей спиной очень громко хлопает дверь.

— Юля?! — рев Евгения.

Алина вскрикивает. Ее голос почему-то звучит где-то рядом. Неужели подслушивала?!

От неожиданности я роняю телефон.

Евгений уже здесь.

Дверь с грохотом распахивается.

Евгений стоит на пороге.

— Алина, забери свой телефон, — приказывает он.

Что?

Я оглядываюсь на домработницу, в ее глазах мелькает чувство вины, но еще есть какой-то странный блеск.

Перевожу свой взгляд с мужа на домработницу и, кажется, понимаю, в чем причина такого быстрого появления Евгения.

Очевидно, Алина позвонила ему и обо всем доложила!

Муж лезет в портмоне, отсчитывает несколько купюр.

— Бери и помалкивай, — бросает он Алине, протянув ей деньги.

Домработница прячет купюры в карман, не поднимая глаз. Ее виноватый взгляд говорит сам за себя — она давно на его стороне.

— Ты еще не поняла, Юля, что я здесь хозяин? — муж шагает ко мне, его взгляд давит. — А теперь хватит бездельничать и приготовь нам ужин! Сейчас же.

Он стоит напротив — высокий, широкоплечий, полный дурной силы мужчины.

Перечить ему сейчас — все равно, что пинать скалу.

В доме у него везде свои глаза и уши, значит, кричать и злиться бесполезно.

Я сжимаю зубы, ногти впиваются в ладони. Спорить сейчас — значит проиграть.

— Ужин тебе приготовить, значит? — усмехаюсь, но голос звучит бесцветно.

Муж молчит несколько секунд, оценивающе разглядывает меня, будто сканирует: стану ли я скандалить дальше или нет.

Кажется, решил, что не стану.

— Да, ужин. Целый день пролетел. Я проголодался.

— Есть какие-то предпочтения?

— У тебя отлично получается цыпленок. С каким-нибудь вкусным соусом.

— Хорошо.

Я удаляюсь, слушая, как Евгений дает распоряжение Алине сменить постельное белье в нашей спальне, еще что-то говорит.

Про гостевую комнату, где обычно останавливалась Валерия, когда они с сыном оставались у нас с ночевкой.

Отдельно спали!

Надо же, такую скромницу передо мной разыгрывала! Но все это оказалось лишь ложью!

Я приказываю себе действовать и даже про себя повторяю порядок действий, предметов…

Кухня. Нож. Разделочная доска. Мясо.

Я рублю цыпленка так яростно, будто это голова моего неверного мужа.

* * *

Позднее Евгений смакует ужин с таким видом, будто ничего не произошло.

Цыпленок под апельсиновым соусом, молодой горошек. Теплый салат с карамелизированной грушей и голубым сыром. Евгений любит вкусно и интересно покушать, и я много времени оттачивала некоторые рецепты до совершенства, чтобы его удивить и порадовать.

Сегодня я готовила все механически, на автомате, но муж доволен: все получилось, как надо.

— Ты ничего не ешь, — замечает он, подхватывая соус кусочком хлеба.

— Аппетита нет, — отвечаю я, отпивая лишь гранатовый сок.