Книга Операция «Смерть», страница 96 – Галина Кор

И что я слышу? Взволнованный голос Дианы. Я вроде и пришел в себя, но все еще не могу отреагировать адекватно. Руки не слушаются, язык не ворочается… бревно бревном. Надеюсь, меня не парализовало? Об этом подумаю потом, а сейчас, прислушиваюсь. Может и не надо активничать? Может надо понять, какой месседж Диана хочет оставить мне?

От ее слов становится горько. Что же она за человек-то такой? Почему думает, что, поступая правильно, с ее точки зрения, она снова забывает спросить мое мнение? Почему постоянно уничижает себя, недооценивает? Почему считает себя недостойной счастья? И опять эта долбанная работа выходит на первый план!

Хочется резко подорваться, схватить за плечи и потрясти, чтобы вытрясти все эти глупости. Может, если приложить чуть больше силы, дурные мысли вылетят из головы вместе с опилками? И очнется наконец-то моя красавица ото сна! Как она не поймет, что мне не нужна другая! Мне нужна она.

Но встать не получается… даже пальцем пошевелить не могу. Может это такая странная реакция на наркоз? Да и что слова? Надо переходить к действиям.

Судя по звуку удаляющихся шагов, Диана выходит из палаты, закрывая дверь. Я продолжаю крутить в голове услышанное, медленно проваливаясь в сон.

Просыпаюсь от того, что кто-то на меня смотрит. Вздрагиваю, открывая резко глаза. Передо мной стоит мужик. Я видел его… это Дианкин начальник. Родион, если не подводит память.

— Оклемался? — то ли спрашивает, то ли утверждает.

Вчерашняя тревога по поводу моей недееспособности просыпается. Прикладываю усилие, чтобы поднять руку. Фух, получается… Двигаю ногами. Работают. Немного успокаиваюсь.

Перевожу взгляд на посетителя.

— Да вроде. Где Диана?

— Под очередной капельницей. Рано ей было из больницы сбегать. Вот теперь долечивают. Хорошо, что осложнений нет. И да, прыгать с парашютом после пневмонии, так себе развлечение.

— Другого варианта не было, — облизываю пересохшие губы. — И что дальше с ней будет?

— Не знаю. В лучшем случае переведут на бумажную работу, чтобы не маячила.

— А что с Разжаевым?

— Да ничего. Посуетились, побегали его кураторы, да на том дело и закончилось. Это ведь неофициальные исследования и разработки. По бумагам не проходят. А раз ничего нет, то и претензий быть не может.

— Они могут мстить Диане или нашим родственникам?

— Вряд ли. Смысл? Диана такой же сотрудник, как и они. Был приказ, она выполнила. Пешка.

— Пешка… — повторяю за ним. Почему мне кажется, что Диане не подходит роль пешки? Это принижает все ее заслуги и достоинства. Все-таки она многим жертвовала ради достижения поставленных задач. А тут раз, и пешка… Как по мне, так она королева. — Послушай, Родион, помоги мне. Ты ведь не хочешь, чтобы Диана провела лучшие свои годы в каком-нибудь захудалом архиве или второсортном отделе?

— У тебя есть план, как вывести ее из нашей системы? — достает из кармана пачку сигарет. Крутит ее в руке, и снова засовывает в карман. Выуживает из другого Чупа-чупс, распечатывает и сует в рот.

— Надеюсь, что он сработает…

Конец дня. Диану специально не пускают в мою палату, рассказывая байку о моем критическом состоянии. Скоро должно все решится.

Ближе к шести часам вечера дверь в мою палату открывается и заходит тучный мужик с папкой под мышкой. За ним семенит девица на громадных каблуках. Замыкает шествие Родион.