Книга Мой босс: Искушение соблазном, страница 54 – Яна Марс

Это была правда. Работы было горы, ворохи документов, бесконечные согласования, и ее роль в этом процессе была ключевой. Но юбилей мамы, которую она не видела уже несколько месяцев, с тех самых пор, как погрузилась в этот водоворот из страсти, ненависти, офисных интриг и опасной близости с человеком, сидящим напротив.

— Я знаю, – сказала она, стараясь, чтобы голос не дрогнул. — Я все подготовлю сегодня. Все документы будут на вашем столе к концу дня. Я буду на связи по телефону, если возникнут срочные вопросы. В любое время, — Ариана говорила быстро, заранее подготовив аргументы, как адвокат для суда.

Марк смотрел на нее еще несколько томительных секунд, его лицо было непроницаемой маской из гранита и льда. Она видела, как в его глазах, этих бездонных, темных озерах, борются два начала: привычная, укоренившаяся потребность в тотальном контроле, в том, чтобы она всегда была в зоне досягаемости, и что-то еще. То самое "что-то", что просыпалось в нем по ночам, когда он шептал ей на ухо не приказы и не распоряжения, а ее имя, срывающимся от страсти голосом.

Наконец он тяжело вздохнул и с неохотой кивнул, один резкий кивок.

— Хорошо. Два дня. Но я буду звонить. И я ожидаю, что ты будешь на связи. Без исключений. Никаких "я не слышала звонка" или "разрядился телефон". Понятно?

Облегчение, сладкое, головокружительное и такое долгожданное, волной накатило на нее, едва не подкосив ноги. Она чуть не рассмеялась, чуть не заплакала.

— Спасибо. Конечно. Понятно.

Он уже снова смотрел в монитор, отрезав ее своим привычным, безжалостным жеством – разговор окончен, вернитесь к работе. Но когда она уже повернулась к двери, ее рука уже лежала на холодной металлической ручке, он произнес, не поднимая глаз, голос его был приглушенным:

— Передай матери… мои поздравления.

Фраза прозвучала неловко, вымученно, будто он выдавливал ее из себя. Для него даже такая простая, банальная вежливость была сложным, почти чуждым социальным ритуалом. Но для Арианы эти два слова значили неизмеримо больше, чем просто формальность. Это была крошечная, но невероятно значимая уступка. Молчаливое признание того, что у нее есть жизнь за пределами этих стеклянных стен. Жизнь, в которой есть мама, папа, дом, где пахнет пирогами, и уютный диван, на котором можно свернуться калачиком с книгой. Жизнь, в которой у мам бывают юбилеи.

Вечером ее скромная однокомнатная квартира, обычно тихая, пустынная и пропахшая одиночеством, наполнилась непривычным, оглушительным и таким родным гомоном. После нескольких месяцев жизни на осадном положении, в режиме выживания и бесконечного нервного напряжения, это было как глоток свежего, прохладного воздуха после долгого удушья в запертом помещении.

— Ну, наконец-то! Мы уже думали, ты переселилась в свой небоскреб и забыла дорогу к простым смертным! — Оля, ее подруга со времен университета, та самая, с которой они когда-то готовились к сессиям до рассвета, размашистым, энергичным жестом разлила по бокалам принесенное вино. Ее рыжие, непослушные волосы были растрепаны, а на лице сияла улыбка до ушей, освещая всю комнату.

— Я просто… много работала, — слабо, почти беспомощно оправдывалась Ариана, укладывая в старую, проверенную временем дорожную сумку скромные, но тщательно выбранные подарки для родителей – маме шелковый платок с изящным узором, папе — новую, пахнущую типографской краской книгу по садоводству.