Книга Мальчишки в наследство. Спаси мою любовь, страница 103 – Вероника Лесневская

Фотографирую листы, крупным планом беру фамилию лечащего врача – и все это незамедлительно отправляю Константину. Несмотря на то, что на часах всего шесть утра, он отзывается почти сразу.

«Получил. Мне нужно время, Лиль. Присмотри за ним», - присылает то ли приказ, то ли просьбу. Не обижаюсь на сухой, грубый тон, ведь мы с братом Виктора оказались по одну сторону баррикад.

«Присмотрю. Найди способ помочь ему», - отвечаю ему в похожем стиле. Благо, никто не видит, как мои слезы капают на дисплей и как я размазываю их по корпусу телефона.

«Постараюсь», - пишет коротко, обрывая разговор.

Нащупываю рукой кожаный подлокотник и впиваюсь в него, ища точку опоры. Медленно опускаюсь в кресло, некоторое время расфокусировано пялюсь перед собой, не воспринимая ничего вокруг. Вздохнув, часто моргаю, бью себя по щекам и свожу глаза в одну точку – на фотографию мальчишек, что стоит в рамке на рабочем столе Виктора. Кончиками пальцев очерчиваю контуры их лиц на изображении. Улыбаюсь сквозь слезы. На меня смотрят двое счастливых маленьких Воскресенских, копии отца, которых я полюбила с первого знакомства, когда они устроили бардак на моем занятии.

«Эти парни такие же неугомонные и бойкие, какой ты была в детстве, Лилечка», - смеялась мама, когда я привезла к ней Даню и Лешу. Их звонкие голоса, наивные вопросы и милые шалости мгновенно подняли ей настроение, а потом заставили нас обеих отвлечься и поверить в лучшее.

Не дети, а батарейки. Черпаю силы и энергию в их улыбках, восстанавливаю душевный баланс.

— Не время расклеиваться, - указываю себе. Приблизив рамку к губам, по очереди целую мальчишек на фото. – С вами, родные, мы все преодолеем.

Прячу медкарту Виктора на место, по-хозяйски прибираю на столе, аккуратно складываю папки. Как вдруг из одной из них что-то вылетает, делает вираж и планирует на пол.

Наклоняюсь, чтобы поднять, тяну руку за потрепанной карточкой, похожей на перевернутую фотографию. Касаюсь пальцами уголка.

— Виктор Юрьевич, вы в кабинете?

Хлопок входной двери, громкие шаги, ненавистный до скрежета зубов голос – и с моих губ, как ругательство, слетает имя: «Альбина».

Так и не дотянувшись до фото, я оставляю его под столом и резко выпрямляюсь, едва не зацепившись виском об острый деревянный угол. Одергиваю и приглаживаю на себе дорогую, но скромную пижаму, купленную с учетом того, что мы с Виктором будем спать в одной комнате. Я выгляжу по-домашнему, максимально прилично, закрыто и скучно. Чтобы хоть как-то компенсировать свой непрезентабельный внешний вид, я гордо поднимаю подбородок и расправляю плечи.

Глава 27

Внутри клокочет паника, однако я плавно, неторопливо и уверенно выхожу из кабинета. Прикрываю за собой дверь, невозмутимо запираю ее на замок – и стойко выдерживаю зоркий, испытующий взгляд Альбины, что пристально буравит меня.

— Лилия Владимировна?! – удивленно восклицает управляющая и, отшатнувшись от меня, вскидывает брови.

Недовольно морщусь, покосившись на лестницу. Не обнаружив там Виктора, проглатываю вздох облегчения. Я ни в чем не виновата перед ним, наоборот, пытаюсь помочь, но… Не хочу, чтобы он узнал об этом раньше времени и помешал из упрямства. Еще я очень боюсь, что его доверие ко мне пошатнется. Это ведь единственное теплое чувство, которое есть между нами, а я уже привыкла довольствоваться малым.