Книга Всё равно будешь моей, страница 24 – Татьяна Катаева

На парах я присутствую, а вот толку нет. Я разбита, и физически вымотана. Такое чувство, что ночью я не спала, а наоборот бегала дистанцию в десятки километров.

Ава переживает за меня. Расспрашивает. Ей мой будущий муж не нравится с первых дней знакомства. И как ни странно, она это даже не пытается скрыть. Много раз пыталась промыть мне мозг на счёт свадьбы. Даже предлагала варианты, как поговорить с родителями и разорвать помолвку. Но я не она. Я даже в мыслях не могу провести такой разговор с родителями.

Последние пять лет мы живём в Лондоне. До этого моим родным городом был Днепр. Я родилась там и выросла. У меня было всё. Дом, друзья, школа. Я обожала свой город и свой двор. Но однажды беда пришла в наш дом.

Отец работал на частной фирме бухгалтером. И вот, в самое обычное воскресенье к нам приехала полиция и забрала отца. Его обвиняли в махинациях и краже огромной суммы денег. Мол, он перевёл их на заграничные счета.

До суда дело не дошло. Я всего не знаю, ведь мне было всего тринадцать. Отца отпустили, и буквально через два месяца мы переехали на ПМЖ сюда. Там осталась бабушка с дедушкой. Но мы больше никогда к ним не ездили.

Мы сбежали, без возможности для отца вернуться обратно.

Вот так в один миг моя жизнь перевернулась. Мне было сложно тут. Новый язык, новые люди, школа. Я никого не знаю с этих людей. Единственный человек, который всё время был рядом, это Рустам. Он часто провожал меня после школы домой. Покупал конфеты или мороженое. И всегда от всех защищал. Возможно из-за того, что он был всегда рядом, я не сопротивлялась при помолвке. Мне казалось это нормально. Ведь мы много лет провели вместе.

После пар снова иду в сторону остановки. Но дойти не получается. Матвей преграждает путь. Он появляется с неоткуда, чем ещё и умудряется меня испугать.

— О Боже, Матвей, ты смерти моей хочешь?

— С чего бы, одуван?! Жизни твоей хочу, — шепчет таким милым голосом, что под моей толстовской табун мурашек проходится.

— Почему одуванчиком меня называешь?

Не то чтобы мне это не нравилось. Наоборот. Это необычно и очень мило. Не банальное, Зай, Коть. Как всё время меня называет Рустам.

— Потому что светлая, милая, нежная, — всё так же полушепотом говорит он.

Если бы он только знал, как на меня влияет его голос и запах. Если бы он знал, что мне снилось сегодня ночью. Что я творила с ним, и как свободно при этом себя чувствовала. Я бы сгорела от стыда и умерла на месте, если бы он узнал.

— Мира, ты покраснела, — заключает он, и делает шаг на встречу. Я же делаю два назад. Ему нельзя слишком близко ко мне подходить. Запретно.

— Ничего подобного. Просто мне жарко. Всё-таки апрель уже.

— У тебя есть предпочтения, где пить кофе?

— Кофе… Ммм… может не стоит?

Хотя я безумно голодная. Последний раз кушала, дома. Бутерброд мамы. А на часах уже почти два.

— Стоит, одуван, стоит. Я лишь уточняю, в кафе пойдём или на улице?

Его улыбка излучает такую уверенность, силу и красоту, что меня ведёт. Сам Матвей Горский стоит напротив меня, и предлагает попить в кафе кофе. Этот факт окрыляет меня и радует.

Дурочка, какая я дурочка.

— В кафе нельзя, — начинаю я. И, осознавая все последствия, если нас увидят вместе, хочу сказать, что вообще нельзя. Но Матвей делает свои выводы.