Книга Гром в моем сердце, страница 83 – Юлия Четвергова

Все это будоражит. Пробуждает во мне чувства, которые я столько лет прячу от окружающих и самой себя. И главное — от самого Грома.

Правда, изменения добрались и сюда: теперь у меня нет внутреннего стопора. Он окончательно осыпался прахом еще утром, после нашей ссоры с близняшкой.

Сделав осторожный шаг мне навстречу, Олег убирает телефон обратно в карман и опирается рукой о ствол дерева. Нависает надо мной.

— И что же ты решила, Веснушка? — Мое прозвище он произносит хрипло и тихо, в то время как его пальцы нежно касаются моей шеи и проводят подушечками по ней вверх и вниз.

Пожар, разгоревшийся в груди от жестов и сигналов, которые он недвусмысленно посылает моему телу, охватывает с головой. Я буквально окунаюсь в эту жидкую лаву и сгораю в ней с каким-то мазохистским удовольствием.

Прикрыв веки, позволяю его пальцам нырнуть ниже, к вырезу майки. Позволяю дразняще обвести контур своей груди, пробежаться по животу и положить ладони на свои бедра.

Сжать их.

— Дыши, Веснушка, — рокочет мне на ухо Гром и нежно прикусывает зубами мочку.

Я вздрагиваю. С губ срывается невольный стон. Ощущений так много и они такие яркие, что хочется дать им выход. Хочется нырнуть в омут под названием «Олег Громов» с головой и никогда больше оттуда не выныривать. Но парень будто специально выдерживает дистанцию между нашими телами, не позволяя им соприкоснуться.

Либо он так внезапно начал уважать мои личные границы, либо продолжает дразнить и соблазнять.

Очевидно, что второй вариант — единственно верный. Но сегодня мне хочется думать, что для бывшего друга я — особенная.

С этими мыслями я делаю судорожный вдох, ловя влажный воздух не только носом, но и ртом.

— Вот так, умничка, — он продолжает шептать мне на ушко и опалять горячим дыханием шею. Что в контрасте с окружающей прохладой вызывает новый приступ дрожи. — Если не хочешь решать, я согрею тебя прямо здесь, — провокационно и двусмысленно произносит парень немного громче.

Что же он творит…

— Ладно! Хорошо! Я выбираю коттедж, — выпаливаю, положив руки на мужскую грудь и отодвинув от себя этого совратителя недоделанного.

Коварная улыбка Грома не заставляет себя ждать.

— Я в тебе не сомневался, — Олег целует меня в щеку и, не дав опомниться, забирает рюкзак, лежащий у моих ног. — Пойдем.

Сердце трепещет, словно крылья колибри. Мысли заполняет рой сомнений, которые гудят, точно пчелы. Широко распахнув глаза, я смотрю на парня и пытаюсь осознать, что все это — реальность.

Мое согласие пойти с Громом.

Принятие своих чувств.

А еще — то, что Олег неровно ко мне дышит.

На лицо падает крупная капля дождя, выводя меня из очередного плена размышлений. Парень, заметив это, хватает мою ладошку, перекидывает рюкзак через плечо и тянет меня за собой.

— А как же байк? — растерянно лепечу я, вышагивая за мажором след в след, чтобы не запнуться о корягу.

Шум дождя, разбивающегося о древесную листву, заглушает его голос:

— Я оставил его в безопасном месте, — доносится в ответ.

В том, что мое решение было правильным, я убеждаюсь уже спустя пять минут нашего молчаливого шествия. Ливень лишь усиливается. Наши волосы и одежда промокают до нитки, вынуждая меня стучать зубами от холода. Единственное, что не дает окончательно замерзнуть — горячая ладонь Грома, сжимающая мою руку уверенно и крепко.