Книга Счастливы вместе, страница 58 – Мари Соль

Я поднимаю глаза:

— Ты серьёзно?

Окунев хмыкает:

— Более чем!

Он опять суёт палочку, только другим концом, в ухо. Уходит на кухню… Меня осеняет. Вот чёрт! А ответ на поверхности — сера, ушная. Наравне со слюной, она тоже годится для того, чтобы взять ДНК.

«Ну, слюну я уже раздобыла», — вспоминаю окурки, добытые мною из пепельницы на балконе. А ещё взяла ложку, которую он облизал. Ну, а вдруг?

Дождавшись, пока мой супруг прошествует по коридору…

— Я там чайник поставил, следи! — говорит он мне, точно служанке.

— Хм! — отпускаю пронзительный хмык. И, забыв о ногтях, мчусь на кухню.

В ведре, под раковиной, поверх кожуры от банана, лежит его палочка. С остатками серы с обоих концов.

Я морщусь, беру из рулона пакетик. Осторожно, чтобы не сбить, забираю её из ведра. Изучаю придирчивым взглядом.

«Фу, Окунев! Ну, какой же ты мерзкий! Как ты умудрился накопить столько серы в ушах? Хотя, мне это на руку», — решаю я. И кладу эту мерзость, к изъятым, другим.

Окунев опять всё перепутал! Ресторан заказали на пятницу. А вчера, в среду, ездили их поздравлять. Его маму и папу. Сорок пять лет, с ума сойти можно! И умудряется кто-то прожить вместе так много. И притом не убить друг друга. Мы с Ромиком двадцать, и то не осилим. Развод будет раньше, чем наш юбилей.

Художник, узнав, что есть два лишних дня, решил дописать свой шедевр. Вот сегодня поеду за ним, в мастерскую. Собираюсь, уже села в машину. Володька ещё на работе. Он обычно уходит последним. Работает, или делает вид. Вполне возможно, сейчас он с Иришкой, в своём кабинете? Пускай! Хоть бы у них всё срослось…

Смартфон издаёт тихий всхлип. Смс. Я, достав, замираю. Отправитель — Левон. Он в последние несколько дней не писал. С тех самых пор, как нашу обитель посетила его благоверная. Я ещё помню запах её ненавязчивых, сладких духов.

«Рита, я снял ту квартиру, на Пресненской, помнишь? Приезжай. Буду ждать», — пишет он. А я будто слышу волнующий голос! Тот голос, который шептал мне стихи, комплименты и нежности.

«Боже, Левон», — с болью думаю я. Ну, конечно, я помню! Конечно.

Иногда мы сбегали с работы. Я просила Алёнку меня подменить. Она с пониманием делала это, и брала на себя пациентов. В то время как я ускользала на встречу с Левоном. Я не знаю, кому он поручал своих? Что говорил супруге? Плевать! Меня волновало лишь то, что у нас целых пять часов времени. До окончания дня. Пять часов рядом с ним, в нашей маленькой, тесной квартирке.

— Моя сладкая детка, — шептал мне на ушко, и трогал везде.

Мы бросались друг к другу в объятия, на ходу раздеваясь, забыв обо всём. Я не знаю, что так привлекало в Левоне. Чем он сумел покорить? Просто он разбудил во мне женственность. Ту часть меня, которая крепко спала с тех самых пор, как на свет появилась София. Я не знала, что может быть так… Горячо, бесконечно! Я не знала, что можно настолько хотеть отдаваться мужчине. Быть с ним.

Он открыл меня заново. Даже Ромик заметил, что с Левоном я стала другой. Правда, он тогда ещё даже не знал про Левона.

— У тебя кто-то есть? — произнёс как-то раз.

— С чего ты взял? — я пожала плечами.

Он внимательно, долго смотрел на меня, измеряя по капельке мой внешний вид.

— Ты другая, — сказал, наконец.

— Ну, какая другая, Ром? Что ты несёшь? — возмутилась.