Книга Всего лишь любовь, страница 161 – Мари Соль

Не могу удержать эту ревность в груди. Если учесть, что в «Астории» в данный момент сидит Майя, а с ней Богачёв. Это я разрешил состояться их встрече. Так отчего же теперь не могу совладать с бурей чувств?

— Представь себе, да! — льёт масла в огонь Виталина, — Странно, что тебя это удивляет.

— А вдруг он её увезёт? — вылупляю глаза.

— Кого? — Вита хмурится.

— Нашу дочь! — говорю на эмоциях.

— Куда? — усмехается Витка.

— Не знаю, куда, — пожимаю плечами в ответ, — За тридевять земель.

Она закрывает руками лицо и смеётся:

— Шумилов! Тебе нужно книги писать! Побеседуй с профессором Немовым. Пусть он возьмёт тебя в… членство.

И снова взрыв хохота. Ощущаю, как щёки краснеют.

— Не смешно, — говорю.

— А, по-моему, очень смешно! — издевается Витка.

Так бы прижал её к стволику… Взял прямо тут!

Вдруг она произносит:

— Пойдем, погуляем? Мне надоело стоять. И погода хорошая.

Погода и в самом деле хорошая. Сегодня не жарко. Тепло. И не дует.

Приток Невы, Фонтанка, как девчонка с косичками, прячет свои юные девичьи воды меж каменных стен. Она отдалилась от матери, речки Невы, отошла от неё, чтобы выглядеть взрослой! Но потом, погуляв и соскучившись, вернулась назад, в материнское русло.

Они всегда возвращаются! Через года, через боль, через тень совершаемых ими ошибок. Чтобы прижаться лицом к теплой женской груди, и шепнуть: «Я люблю тебя, мама».

По дороге находим фургончик с мороженым. Витка стоит, выбирает. Розовый кончик её языка так забавно торчит.

— Вот это! — тычет пальчиком в белый брикет.

— Ты же вся извазюкаешь? — говорю недоверчиво, словно ребёнку.

— Пускай! — соглашается Вита.

Я покупаю себе шоколадный стаканчик, ей брикет, упакованный в вафлю. Вита его достаёт, с наслаждением смотрит. Также восторженно смотрит Капустин на лежащий перед ним огурец! Усмехаюсь, кусаю свой тёмный пломбир.

— Будешь? — тяну угощение Витке.

Она, пару раз откусив, предлагает брикет. Я беру её руку, сжимаю. Смотрю ей в глаза:

— Прям как в седьмом классе. Помнишь?

Она улыбается:

— Да!

Посадив Витку сзади, я катил до ближайшего киоска с мороженым. А затем уточнял, что ей взять? И Вита всегда выбирала брикет. И всегда, извазюкавшись, хмурила брови на жирные пятна пломбира на чистых вещах. Словно удивляясь тому, как они тут появились…

Стаканчик съедаю в два счёта. А Вита не любит есть быстро. Смакует и лижет, кусает и ждёт, пока кончик подтает, чтобы поймать ртом бегущую каплю, пока та не упала на грязный асфальт.

Смартфон начинает звонить.

— У меня? — говорю и растеряно щупаю джинсы.

— Это мой! — произносит Виталя. Облизнув пальцы левой руки, достаёт из кармана смартфон, — Майка! — демонстрирует яркий экран.

— Сделай громкую связь, — умоляю.

Вита включает на громкую. В трубке щелчки. Майка теперь тоже ездит на велике.

— Майюшь!

— Да, мам! — отзывается дочка, — Я в наушниках, еду домой.

Пожив в одиночку, она возвратилась назад, в отчий дом. Чему были рады все, кроме Тоши. Теперь они с Майкой всё время играют в игру: «Кто кого? (переест, переждёт, перепрыгнет)».

— Ну, как посидели? — интересуется Вита.

— Да в целом неплохо, — делится Майка, — Болтали о всяком.

Я сигналю Витале:

— О чём? Спроси, о чём? — одними губами шепчу.

— О чём? — произносит она.

Майка услышав, роняет:

— Да так! В основном, обо мне. Он выспрашивал, чем увлекаюсь, что читаю, что слушаю? В общем, такое! О себе очень мало рассказывал. Ну, ты мне итак рассказала достаточно.