Книга Всего лишь любовь, страница 29 – Мари Соль

В прихожую он возвращается с видом торжественным. Как будто я, без машины, не сумею уйти от него.

— И зачем? — упираю ладони в бока, — Ты думаешь, я не смогу вызвать такси?

Он ныряет в карман пиджака, который я пока не надела.

— Где твой смартфон? Где ты его спрятала? — рыскает всюду. Да он не в себе!

— Шумилов, прекрати этот обыск! — кричу на него и толкаю в плечо, — Да я пешком пойду, если хочешь знать, лишь бы только не оставаться с тобой!

— Даже так? — цедит он жёстко, сквозь зубы. Впивается взглядом, и делает шаг.

Я, прижимаясь спиной к коридорной стене, ощущаю себя словно загнанной в угол.

— Я в окно выпрыгну, я всё равно уйду, — продолжаю шептать себе под нос.

Он упирает ладони с обеих сторон от меня, заключает в кольцо моё тело и душу. Костя всегда был достаточно мягким! Никогда не кричал, только в шутку. И уж точно не бил меня прежде. Разве что в рамках любовной игры шлёпнет по попе. А тут… Мне так кажется, ещё одно слово, и пальцы его стиснут шею. И сожмут её так, что уже не вздохнуть.

— Уходишь, кошка? К нему уходишь от меня? Я же знаю! Признайся, скажи мне как есть. И не ври! И не делай меня виноватым! Скажи мне, как есть. Ты же любишь его? Ты же хочешь? Скажи, что он тебе обещал?

— Ничего, — еле слышно шепчу.

— Врёшшшь, — он шипит, прижимается лбом к моему.

Выгибаясь почти по-змеиному, тело Шумилова кажется сильным настолько, что мне не суметь оттолкнуть. И не справиться с ним в одиночку!

— Ты веришь ей, но не веришь мне? — я уже не могу удержать в себе слёзы.

— Не переводи стрелки, — а он беспощаден. Даже слёзы мои ему по боку! Вот такая «любовь», — Отвечай! Ты встречалась с ним?

— Да, — говорю, — Я встречалась!

И в этот момент я решаю сказать ему всё. Ведь стыдиться мне нечего?

— Я встречалась по поводу Майи. Он знает о ней! Что она — его дочь. Он приехал и требовал встречи.

— Ты встречалась с ним у меня за спиной, — произносит Шумилов, констатирует факт.

Я киваю:

— Я хотела решить всё сама! Я хотела… спасти наше счастье.

Он сгребает в объятия так неожиданно. Крепко! Мне нечем дышать. И ладони его, обхватив, прижимают к себе мою голову.

— Виточка, Вита, прости… Ну, прости меня, Вита… Прости…, - чувствую шепот на коже.

Крепко жмурюсь, стою неподвижно, словно тряпичная кукла. Кажется, если отпустит, я в тот же момент упаду…

— Я никогда… никогда не прощу, — слышу свой собственный голос.

И сильный капкан его рук разжимается. А я продолжаю стоять. И не падаю! Надо же. Напротив, внутри ощущаю какую-то силу. Это она вынуждает меня упереться ладонями в Костину грудь, оттолкнуть.

Надеваю пиджак, отвернувшись к двери. А он что? Он стоит возле стенки, как молчаливая тень. Только дыхание сбивчивым ритмом его выдаёт в этот самый момент. Момент окончания нашей с ним жизни…

Открываю входную. Ожидаю, что он вновь накинется, снова обнимет. Прошепчет какую-то глупость мне на ухо. А вдруг я не выдержу? Вдруг…

Но Костя не делает шагу. Стоит, прижимаясь к стене, и, кажется, даже не видит меня.

Хочу сказать что-нибудь на прощание. Но ведь я не прощаюсь? Я вернусь в этот дом. Но… Лишь только затем, чтобы забрать свои личные вещи.

Капустин, проснувшись в своей королевской лежанке, решает подняться, меня проводить. Я думаю вдруг, что Шумилов не справится! Но куда мне ещё и Капустина? Пожитками заняты обе руки.