Книга Всего лишь любовь, страница 79 – Мари Соль

Но Вита бросает, слегка удивлённо:

— Ты дома? С чего был? А впрочем… Какая мне разница! Так даже лучше. Так вот, я приеду сейчас.

— А что за срочность? — пытаюсь понять. Представляю, как выгляжу. А уж как пахну… В таком виде встречать Виталину нельзя. А встать, даже ради того, чтобы выглядеть лучше… Смогу ли?

— Дело касается Майи! — бросает она.

В голове проясняется. Майи? Какие такие дела могут касаться её? В мыслях разное… Вита сказала ей, кто её папа. А Майка… Что Майка? Рассорилась с ней? Отреклась от обоих? Хотела свести счёты с жизнью? О, Господи!

— Она жива? С ней всё в порядке? — тороплюсь уточнить.

И поднявшись достаточно резко, получаю мощнейший космический бум. В голове млечный путь. Столько звёзд, что ладони не видно.

— Физически, да! А вот душевно… Я бы не была так уверена, — усмехается Вита.

И я не берусь выяснять, что к чему. Вопрошаю единственно:

— Ты уже близко?

— Ещё минут двадцать, а что? — её голос становится едким, — У тебя будет время, чтобы выгнать Милану. Ей это слышать не обязательно!

— Милану? О чём ты вообще? — удивляюсь.

Но Вита уже отключилась. Я делаю выдох. Понимаю, что надо собраться и встать. Звонок в дверь застаёт меня в ду́ше. Когда я, намылившись, тщательно мо́ю подмышки. Как будто от запаха мыла она не учует другой.

Наконец-то она открывает ключом. Догадалась, ну надо же! Выхожу, завернув вокруг бёдер полотенце.

— Оденься, Шумилов! — взрывается Вита. Я нахожу её в кухне. Она напряжённо глотает из чашки. Что ли тоже пила накануне?

— Прям так? — говорю. Раньше моя нагота не смущала её. А теперь не по вкусу. Привыкла к тому волосатому телу, которое, видимо, рядом ночует. Ну, что же! Я вне конкуренции.

Натянув на себя шорты и футболку, выхожу к ней одетым. Виталя сидит за столом.

— В общем, дело — труба! — говорит.

Я опускаюсь с другой стороны, забираю назад непослушные волосы. Надо бы стричься! Уже всё равно, что в самый разгар летней сессии. Приметы все по боку. Я вне игры.

— Говори, не томи, — тороплю.

— В общем, Майка влюбилась! — произносит с усмешкой.

— И всё? — хмурюсь я. А я-то думал! — Влюбилась, ну это же здорово?

— Ты не знаешь, в кого! — продолжает она.

Не слишком внимательным зрением я замечаю, что Вита надела серёжки. Те самые, которые долго лежали в её закромах. Она берегла их! Боялась меня уязвить, но и расстаться с ними не смогла. А теперь они снова красуются в ушках. Так, словно и не было всех этих лет…

— В своего преподавателя. Ты представляешь? Он даёт ей не только уроки писательства, но и любви, — слышу её возмущённое.

— Преподаватель? Ну… всякое в жизни бывает, — отвечаю. Уж мне ли не знать?

— Шумилов! Ему сорок семь, — произносит Виталя. И вот эта инфа зацепляет меня куда больше.

— Он старше меня? — удивляюсь такому.

— Представь себе, старше! И меня и тебя, вместе взятых, — парирует Вита.

— Вместе взятых, тогда ему должно быть уже девяносто, — смеюсь я в ответ.

— Тебе смешно? Костя! Серьёзно? У тебя дочь с ума сходит, а тебе смешно? — Виталина встаёт. Сцепив руки на груди, подходит к окну. Смотрит на двор.

Сколько раз она также стояла, возмущаясь чему-нибудь. Ругая, к примеру, меня, или Тошу. Любимая поза. Стоять, сцепив руки, и глядя во двор.

— Вит, ну, может быть, ты драматизируешь? Может, всё не так плохо? И вообще! Откуда ты знаешь? Она сама рассказала тебе?