Книга Измена. Я только твоя. Лирическое начало, страница 45 – Мари Соль

Помню твой день рождения. Июнь. Атмосфера была лучше некуда! Жара, правда, вечером даже, стояла такая, что пот в три ручья. Но я не был намерен сдаваться. Закупился шарами, цветами, подарками. Флакончик духов и серёжки, кулону под стать. Осталось придумать, как романтично вручить. Я долго смотрел из окна на площадку. Написать? Примитивно! К тому же, сотрут.

Петь под гитару баллады того хуже. Глазеть соберётся весь двор. А ты не любитель публичных собраний. Женькина хата была занята. Кому-то значительно проще поздравить друг друга. Кому-то. Не нам! Мы хоть и жили напротив, но остаться одни не могли. Твои постоянно сменяли друг друга на «вахте». Мои каждый вечер являлись домой.

Ну, я и замыслил снять номер в отеле. Но до того вознамерился сделать сюрприз. Через Женьку достал ЛВС, он общался с пожарными. Лестница метров пятнадцать должна была стать моим «пропуском в мир». Представив себя альпинистом, я по верёвочным хилым ступеням собирался взобраться наверх.

Мы обитали на третьем. И спальня твоя выходила окошком во двор. Форточку ты оставляла открытой. И просунуть шары не составит труда! Мы специально надули не сильно. Почти в каждом шарике было припрятано нечто. Записка, подарок, конфета. Я надписал их: «Люблю», «Обожаю», или попросту «Лопни меня».

Жека был в ауте от моих романтичных позывов. Всё, на что сам он отважился в день рождения Ники, был утренний секс и букетик цветов, раздобытый со скидкой.

— Лучший мой подарочек, это я, — заявлял он на полном серьёзе.

— Ты себя переоцениваешь, — отвечал я ему.

Задачей приятеля было фиксировать лестницу сверху, на крыше. В то время как я заберусь и впихну все шары в приоткрытый оконный проём.

— Капец, тебя штырит! — дивился Женёк.

— Чего ещё? — фыркал я.

— Любовь, сука! — с чувством парировал он.

Мы обустроили место на крыше, проверили весь инвентарь. Я взял с собой связку шаров. И спустился к подножию пятиэтажки. Снизу вверх оценил высоту. До окошка рукою подать!

Из подъезда на свет появилась соседка с ребёнком. Тёть Клава, или как там её? Она посмотрела на шарики в левой руке. Внучок у неё за спиной с интересом топтался на месте.

— Охо-хо! Это что ж за праздник такой? — улыбнулась она добродушно.

— Так… день разноцветных шаров, — осведомил я.

— День кого? — удивилась она.

Очевидно, в её времена было не так много праздников: первомай, новый год, посевная…

— День рождения! — повысил я голос.

— Ага, — покивала старушка, и тут её внук проявил интерес.

— Сяик! — воскликнул он, тыча в «букет» разноцветных шаров.

По взгляду я понял, отказ не прокатит. Пришлось подарить ему синий. Только когда они двинулись в путь, я увидел, что шар был с сюрпризом. Полчаса уповал на обмен. Но капризный ребёнок никак не хотел соглашаться! Пришлось откупиться конфетами.

Я вернулся к исходной. Поймал на себе убедительный взгляд. Женька бесстрашно лежал наверху, свесившись с крыши. Я подёргал канаты. Полез. Ощущая себя Винни-Пухом, я взбирался наверх вдоль кирпичной стены. Первый, второй этажи. И вот, ожидаемый третий. И форточка внутрь распахнута. Ждёт, когда я подберусь!

Уцепившись за лестницу, я отвязал первый шарик. Втолкнул его внутрь, увидел в окне, как он ловко запрыгал по полу, упал на кровать. Все остальные ждала та же участь. Я уже представлял, как ты вернёшься домой, как войдёшь, приоткрыв двери спальни. Как застынешь в дверях. И начнёшь поднимать их, один за другим. И читать рукописные надписи…