Онлайн книга «Маленькая женщина Большого»
|
— Не бу-у-уд-у-у… — почему у меня никакого протеста? Только стон. Сладкий… Мне кажется, что меня не услышат. И продолжат. И я кончу от шлепков, позорно просто… Но Зевс обладает острым слухом. Он останавливается, разворачивает меня к себе, сжимает за щеки пальцами, заставляя открыть рот. Заглядывает в совершенно безумные глаза. — Точно? — рычит он гневно. — Да-а-а… — выдыхаю ему в губы. — Как тебе верить, Воробушек? — шепчет он, и лицо неожиданно такое серьезное становится, словно не трахал он меня только что злобно у окна на виду у всего Питера, а разговоры разговаривал, — ты почему не сказала? Я бы разобрался со всем сразу же. Понимаешь или нет? Дурочка… Я бы все решил. А так мне пришлось… Да хер с ним, что мне пришлось! Главное, что я думал, что не найду тебя… Ты хоть представляешь на секундочку… — он задыхается, глаза чернеют еще больше, и продолжает после паузы, — представляешь, что я пережил? Я же… Я же, блядь, не пацан уже! Мне такие перепады противопоказаны! Ты меня чуть в могилу не свела своими выкрутасами! Последнее он рявкает, уже не сдерживаясь, и что-то в комнате тонко звенит от его баса. Или это в ушах у меня звенит? Фиг его знает… Моргаю, понимая, что впервые, пожалуй, за все время нашего общения, вижу моего грозного бога настолько… уязвимым? Да, верное слово. Уязвимый. Как в нем это сочетается? Только что — невыносимо властный господин, кусал, трахал, по заднице лупил в лучших традициях абьюзерских эро-фильмов. А сейчас… Ощущение, словно насквозь его вижу. Так, как никто и никогда. Безумно трогательно. И так… Так честно. Мне хочется его успокоить. Хочется заверить, что я больше не буду глупить, буду доверять ему, своему мужчине, своему богу грома и молний. Потому что даже грозные громовержцы могут быть ранимыми. Я его ранила своим недоверием. Тем, что скрыла. И теперь он даже не знает, как со мной поступить. Как донести до меня, что нельзя так делать. Просто сказать? Вот, сказал. А как мне теперь ему сказать? Чтоб поверил? Поверит? — Прости меня… — шепчу я, — прости… Но слова тут явно лишние. И я делаю то, что и должна сделать накосячившая женщина, если хочет правильно попросить у мужчины прощения. Я легко высвобождаюсь из его пальцев, прикасаюсь губами к голой мощной груди, ласкаю языком, нежно-нежно… Не торопясь. Просить прощения нужно… Обстоятельно. Зевс непонимающе хмурится, а после, когда я веду губами вниз, по груди, прикусывая по пути соски мягко, аккуратно, шумно вздыхает. Его широченная волосатая грудь поднимается и опускается, а руки… Перестают меня поддерживать. Падают вниз. Зевс стоит передо мной, опустив голову, чтоб лучше видеть, что я там собираюсь делать. И лишь тяжелое дыхание выдает его волнение. А я, пересчитав губами все кубики на его животе, опускаюсь на колени. И кротко поднимаю взгляд, чтоб посмотреть на него снизу. Зевс напряженно изучает мое лицо, ругается несдержанно. Его эта картина безумно заводит. И меня. Меня дико заводит! Открываю рот, пробуя на вкус. Его. И себя. И не сдерживаю стона, потому что это… о-о-о… Это нечто! Зевс ругается, упирается одной рукой в стекло, а вторую кладет мне на затылок, сходу задавая нужный темп. И на этом моя инициатива полностью завершена. Я просто ничего не могу сделать, ничем не могу управлять. Только рот шире раскрывать и стараться не давиться. Хотя… Эти звуки ему тоже нравятся, судя по всему. |