Книга Папа для Вишенки, страница 73 – Диана Рымарь

— Да чтоб его…

Наталия приподнимается на локте, волосы растрепаны, губы припухли. Стыдливо прикрывает грудь покрывалом и спрашивает:

— Что происходит?

— Я выставил будильник за полчаса до того, как нам нужно будет возвращаться домой, — объясняю, забирая у нее треклятое покрывало.

— Уже через полчаса домой? Ужас… — вздыхает она и прижимается ближе ко мне.

— Мы даже не заказали еду, — виновато признаюсь.

— Да фиг с ней, с едой, — смеется Наталия и тянет меня к себе. — Иди сюда…

Через двадцать блаженных минут, в течение которых мы вообще друг от друга не отрывались, мой телефон снова пиликает. Но уже не будильником, а входящим звонком.

Незнакомый номер. Обычно не беру такие, но что-то заставляет ответить.

— Роберт Артурович? — Незнакомый мужской голос, официальный тон.

— Слушаю.

— Это дежурный врач. У нас тут ситуация с пациенткой Еленой Татариной. Вы указаны как контактное лицо на случай экстренной ситуации.

— Что случилось? — хриплю я.

— Больница подверглась нападению. Неизвестные проникли в реанимационное отделение. Елена чудом уцелела, но…

Ну звездец! Как будто ей мало было.

Наталия

Я выхожу на балкон, кутаясь в теплый плед. Воздух свежий, чистый после дождя. Достаю телефон и перезваниваю Роберту.

Слышу в трубке его напряженный голос:

— В общем, я все узнал. История, конечно, звездец.

Опускаюсь в кресло и моментально напрягаюсь от его слов. История и впрямь жуткая, лежал человек в больнице, никого не трогал и тут бац — опять на волоске от смерти. Понятное дело, что Роберт опять помчался в Питер, в больницу к матери Вишенки.

— Так это на Елену снова покушались? Ты выяснил?

В трубке слышится его тяжелый вздох.

Роберт отвечает:

— Да вот не похоже на то… Реанимационная палата, где она лежала — двухместная. И на второй койке отходила после операции некая Зина Гримштейн с очень криминальным прошлым. Я поговорил с полицией, они считают, это было покушение на нее, уже не первое в этом году и, наверное, не последнее.

Я аж чуть не вскакиваю с кресла от новой информации.

— Ужас какой… Какие-то девяностые, в самом деле!

— Есть такое ощущение, — снова вздыхает Роберт. — Как оказалось, эта Зина задолжала какую-то нереальную сумму, и теперь на нее натурально охотятся. И квартиру вскрыли, и дочке ее угрожали. Короче, полная жесть. Хорошо, что это не наши проблемы.

— Но как же так получилось, что Елену положили в палату с ней? — Я непроизвольно прижимаю телефон к уху сильнее.

— Врачи ведь не знали всей этой истории, она у нее в медкарте не написана.

Я подтягиваю коленки к груди. Из-за стресса меня, кажется, даже начинает знобить.

— Как Елена? Сильно пострадала? — шепчу, боясь услышать плохие новости.

— Ей просто удивительно повезло. Нападавшего скрутили, когда он целился в соседку, и этот придурок то ли с психу, то ли от природного идиотизма продолжил палить по всей палате. Представляешь, выпустил почти всю обойму, а Елену лишь по лбу чиркнуло. Еще чуть-чуть, и в череп бы…

— Какая лютая жесть! Не больница, а проходной дом какой-то для бандитов! — возмущаюсь я.

— Элитное заведение для крутых… Чтоб его… В любом случае все уже под контролем. Я забираю Елену в Краснодар, дальнейшее лечение она будет проходить там, и охрану к ней приставлю на всякий случай. Уже устал за нее волноваться. Приедем послезавтра. Ты как там? Продержишься это время без меня?