Книга Где болит, там любит, страница 41 – Екатерина Ромеро

— Я буду стараться лучше.

— Умница. Накрывай на стол. Мы уже проголодались.

— Хорошо.

Ретируюсь на кухню. Я приготовила большую кастрюлю рассыпчатого плова с курицей, гренки с яйцом и овощное рагу. Понятия не имею, едят ли они такое, но теть Люба всегда хвалит мои кулинарные способности.

Спустя еще сорок минут стол уже накрыт. Первой входит Ефросинья Никифоровна, за ней Герман с Эльзой и маленький Никита.

Я уж было расслабляюсь, но когда все садятся за стол, последним на кухне появляется Гордей и все. Моя броня треснула, руки затряслись. Тут же нервно хватаю хлебницу, ставя ее на стол.

— Это что такое?

Гордей останавливается, смотрит на меня. Кажется, он в шоке.

— Это Дина. Можно поздороваться, Гордей. В кой-то веки ужинаем вместе.

— Я вижу, что это Дина. Что она делает здесь? Это вообще как?!

Кажется, он просто в ярости, а я не знаю, куда деть глаза.

Вижу, как Никита начинает уплетать мой плов за обе щеки, бабушка Фрося тоже довольна в отличие от остальных.

— Успокойся, Гордей. Это всего лишь наша служанка.

Строго отвечает Герман Андреевич, а я встречаюсь взглядом с Гордеем. У него аж желваки на челюсти заходили от злости.

Вот, кто точно не рад меня видеть, да и я бы не видела его, но так вышло.

— Другую не мог найти, Герман, давай выйдем поговорим!

— Сел на место! Я хочу поужинать в спокойной обстановке.

Гаркнул Герман Андреевич и все заметно напряглись. Фыркнув, Гордей плюхнулся на стул напротив Эльзы. Я достала еще одну тарелку и приборы, молча поставила их перед ним.

— Это что за блюдо такое?

Эльза начала ковырять ножом по тарелке.

— Это полевой плов. Его без ножа едят. Можно даже руками.

— Поучи меня еще! Руками, что за моветон?! На кухне есть кулинарные книги. Полистай, мы такую пищу, как ты сегодня приготовила, даже собакам не даем. Тебе надо стараться лучше.

Снова укол, неприятно. Сдерживаю эмоции, выдавливаю улыбку.

— Хорошо, Эльза Михайловна. Я буду стараться лучше.

От усталости ломит спину, за стол меня никто не зовет, поэтому я просто выхожу в гостиную и жду, когда они закончат трапезу. Хочется рыдать, я никогда не была в таком унизительном положении и Гордей. Он так смотрел на меня. С неприкрытой просто ненавистью.

* * *

Гордей и Герман

— Дядя, какого хрена Тарасова делает здесь?!

— Во-первых, не выражайся, тут Никита. Во-вторых, Дина будет работать у нас горничной, или тебе десять раз нужно повторить одно и тоже?

— Зачем? Просто скажи, или ты решил надо мной поиздеваться? Это специально да, ты специально ее сюда притащил, как напоминание о моем косяке?

Ловлю удивленный взгляд Эльзы и бабушки. Заставляю себя успокоиться, хоть и получается с трудом.

— Позже обсудим. Не за столом.

— Это твоя жена будущая, да, Гордей?

Бабушка встревает, как всегда говорит, что думает.

— Нет конечно. Моя невеста Марта. Ты же ее видела.

— Это та, которая на тюльку похожа? Белобрысая? Ох, Гордей, я даже ее не запомнила.

— Ба, не надо лезть в мою жизнь.

На это Фрося только губы поджимает и начинает есть плов с салатом.

— Недурно. Весьма! Мы такой плов готовили тоже в студенческие годы. Из одной пачки риса целую группу можно было прокормить! Хорошая девочка, рукастая. Не то, что тюлька твоя.

Глубокий вдох, есть охота, но к тому, что приготовлена ЭТА, я притронуться не могу. Не потому что брезгую. Я просто не могу, хотя пахнет это блюдо так, что желудок уже в узел скрутило.