Книга Развод. Доставлено курьером, страница 82 – Лея Вестова

Она помолчала, вертя в пальцах карандаш, у неё была привычка что-то теребить во время разговора, я заметила это ещё в прошлый раз.

— Ольга, вы понимаете, что после аудита встанет вопрос о будущем компании? Кто-то должен будет ею управлять. Или закрыть.

— Я буду управлять сама.

Слова вылетели раньше, чем я успела их обдумать. Или нет, я их обдумывала всё это время, просто не осознавала. Они жили где-то на дне, под слоями страха и сомнений, и вот выплыли наружу.

Марина подняла брови.

— Вот как?

— Да, — я услышала собственный голос, и он звучал увереннее, чем я себя чувствовала. — Я хочу попробовать.

Она отложила карандаш, сложила руки на столе.

— Это серьёзный шаг. Вы понимаете, что это значит? Ответственность за сотрудников, за финансы, за каждое решение. Это не бухгалтерия в чужой конторе, где можно прийти, отработать восемь часов и забыть до утра.

— Понимаю.

— И всё равно хотите?

Я посмотрела в окно: на переулок, на машины, на облезлую кору клёна. Как объяснить ей то, что я сама только начинала понимать?

— Там работают люди, — сказала я медленно, подбирая слова, словно камешки на берегу. — Алла Сергеевна — ей пятьдесят пять, у неё муж-инвалид, она последние десять лет работала только у нас. Кто её возьмёт, если я закрою фирму? Менеджеры, дизайнеры, логисты у всех семьи, дети, кредиты. Они не виноваты в том, что сделал Андрей.

— Благородно. Но это ведь не главное, правда?

Я перевела взгляд на Марину. Она смотрела на меня с тем же выражением, что и раньше, как будто видела насквозь.

— Нет. Не главное.

Я сжала руки на коленях, чувствуя, как ногти впиваются в ладони.

— Когда я родила дочь, я изменилась. Стала осторожней, боялась рисковать. Считала, что если что-то случится, то Лиза… я думала, что ей нужна мама, которая всегда рядом. Эта фирма, она создана на мои деньги. И я отдала её Андрею, потому что… — я запнулась, сглотнула. — Потому что так было проще. Безопаснее. Так правильно. Муж зарабатывает, на мне дом и семья.

За окном проехала машина, блеснула на солнце. Марина молчала, ждала.

— Да, я могла бы закрыть фирму. Это самый простой путь: продать имущество, уволить всех, забыть как страшный сон. Или продать свою долю, пусть кто-то другой разбирается. Но тогда я так и останусь той Ольгой, которая боялась.

Я посмотрела Марине прямо в глаза.

— Я не хочу больше быть той Ольгой. Хочу попробовать сама. Может, провалюсь. Может, через год фирма всё равно закроется. Но это будет моё решение. Мой провал или моя победа.

Тишина повисла в кабинете — плотная, осязаемая. Потом Марина медленно кивнула.

— Хорошо. Тогда давайте обсудим юридические аспекты вашего вступления в должность генерального директора.

Следующие полчаса мы говорили о доверенностях, протоколах, переоформлении документов — рутинные вещи, от которых у меня всегда сводило скулы от скуки, но сейчас я слушала внимательно, записывала в блокнот, переспрашивала, если что-то было непонятно. Это моя компания. Мой бизнес. Мне нужно знать каждую мелочь.

Когда я вышла из здания, солнце уже клонилось к закату, заливая улицу густым оранжевым светом. Я остановилась на крыльце, вдохнула холодный осенний воздух — он пах дымом и опавшими листьями, и где-то далеко, за домами, гудела электричка.

В машине я сидела несколько минут, глядя на телефон. Пальцы не слушались, и я дважды набрала неправильный номер, прежде чем попала куда нужно.