Книга Лишняя в его семье, страница 72 – Диана Рымарь

Абсолютно все. От способа складывания полотенец до правильного угла наклона солонки на столе. У меня больше нет вопросов, отчего Алмаз в быту такой зануда.

Все начинается с того, что из безразмерной сумки Ашхен Ваановны появляется стопка безукоризненно белых салфеток. Она берет одну и направляется в гостиную, к стеллажу с книгами, проводит тканью по верхней полке.

— Ага! — восклицает она торжествующе.

На салфетке едва заметная сероватая полоска.

— Видишь? — Ашхен Ваановна демонстрирует мне салфетку, будто улику на месте преступления. — После домработницы обязательно нужно проходиться тряпочкой по всем поверхностям. За этими лентяйками нужен глаз да глаз!

Мое лицо, наверное, выражает полное недоумение, потому что она тут же поясняет:

— Они же по диагонали работают, Тонечка. Главное — побыстрее управиться и к следующим клиентам. А качество… — Она многозначительно качает головой.

Следующие полчаса проходят в инспекционном обходе всей квартиры. Ашхен Ваановна методично обследует каждый угол, каждую поверхность.

— Вот здесь тоже, — констатирует она, проводя салфеткой по подоконнику в спальне. — И здесь. — Плинтус в коридоре.

К концу обхода у нее в руках целая коллекция использованных салфеток, и я чувствую себя нерадивой хозяйкой, которую поймали на чем-то постыдном.

— Ладно, — великодушно заключает Ашхен Ваановна, — это дело поправимое. Теперь посмотрим, как ты готовишь.

На кухне разворачивается настоящий кулинарный мастер-класс. Из холодильника извлекается гора продуктов: виноградные листья, рис, фарш, курица, овощи, специи в маленьких баночках с армянскими надписями. Я даже не заметила, что она все это принесла с собой, видно, выложила, пока я спала.

— Долма — это не просто еда, это искусство, — торжественно объявляет Ашхен Ваановна, выкладывая на стол виноградные листья. — Смотри внимательно.

Ее пальцы порхают над листьями с удивительной ловкостью. Фарш с рисом и специями заворачивается в аккуратные конвертики так быстро, что я едва успеваю следить за движениями.

— А теперь ты, — командует она.

Мои попытки выглядят жалко по сравнению с ее мастерством. Первая долма разваливается прямо в руках, из второй вываливается начинка.

— Не торопись, — терпеливо поправляет Ашхен Ваановна. — Лист нужно обжать, но не сломать. Фарша не жалей, но и не переборщи. Чувствуй материал!

Постепенно у меня начинает даже получаться. Запах укропа, мяты и других трав наполняет кухню, смешиваясь с ароматом тушащегося мяса.

— А теперь курочку, — объявляет моя наставница, извлекая из холодильника солидную тушку. — Алмаз любит, чтобы кожица была золотистая, хрустящая, а мясо сочное. Секрет в маринаде и правильной температуре.

Следующий час проходит в изучении тонкостей запекания.

В какой-то момент мне даже становится интересно, когда же она выдохнется.

Но…

Ашхен Ваановна — вечный двигатель.

По ходу дела выясняю, что, оказывается, все те замечательные контейнеры с едой, что все время магическим образом появлялись у Алмаза в холодильнике, — прямиком от его мамаши. Она отправляет еду к нему на такси.

Я-то думала, ресторан, а оказывается — Ашхен Ваановна. Я все время ела ее еду и даже не подозревала об этом.

Сижу, чищу картошку для пюре. К слову, это единственное, что она доверила мне делать самостоятельно. Аккуратно интересуюсь: