Книга Жестокий брак по-кавказски, страница 147 – Александра Салиева, Анастасия Пырченкова

А произошло, видимо, много чего интересного, раз даже мой муж решил вмешаться. Застыл перед Лейлой каменным изваянием с Хайдаром на руках, а напротив него, источая неприкрытую злость, быстро тараторил какой-то мужчина.

— Что здесь происходит? — прервал его громкий и решительный голос дядюшки Турсуна, стукнувшего тростью по каменной дорожке.

Во дворике пацхи воцарилась тишина. Все обернулись к нам. Я посмотрела сперва на Лейлу, та, опустив голову, нервно теребила край туники. Потом перевела взгляд на Нияза с сыном.

— Он сказал, что он её отец. Но доказательств предъявить не может. А Лейла отказывается комментировать, правду ли он говорит, — кратко ввел в курс дела.

А дело вырисовывалось нехорошим.

Я до сих пор не знала, как Лейла попала в пацху, но когда она к нам пришла ей было уже восемнадцать и у меня не было причин ей отказать в работе, тем более лишние руки были нужны.

А теперь вдруг за ней явился отец. Спустя два года…

Он, кстати, за время минутного молчания немного подуспокоился и снова заговорил уже спокойнее, хотя возмущённые нотки всё равно прорывались наружу.

— Моя дочь пропала два года назад. Я её искал везде. Думал уже, что сгинула. А она оказывается здесь.

Все опять покосились на Лейлу, и я в том числе. Но она молчала, только сильнее сжимала пальцы на одежде. Да губы кусала в стремлении сдержать слёзы, которые повисли на ресницах тяжёлыми каплями.

Я шагнула к ней ближе.

— Лейла? — позвала тихонько, положив ладонь на её дрожащее плечо. — Это правда? Он твой отец?

Лейла едва слышно заскулила и медленно кивнула.

— Не отдавайте меня ему, — прошептала почти беззвучно. — Мне нельзя домой. Нельзя, — мотнула головой.

Рядом стоящий Нияз нахмурился. Бросил на меня предупреждающий взгляд.

— Он отец. Он имеет право, — произнёс также тихо, отчего бедную Лейлу ещё больше затрясло.

— Ей уже двадцать. Она совершеннолетняя по закону. Может сама распоряжаться своей жизнью.

— Пусть тогда сама ему об этом и скажет. Не лезь, — велел.

И тут же забыл о нас. На его руках захныкал Хайдар. Ему надоели наши скучные разговоры, он хотел действий.

Нияз перехватил сына удобнее и принялся качать на руках.

А я… не то чтоб прям собиралась лезть в чужие дела, но всё же спросила у Лейлы:

— Почему ты ушла из дома?

И тут же поперхнулась всеми звуками, когда она подняла на меня затравленный взгляд, полный паники и чего-то ещё такого, чему я никак не могла дать название. А потом и вовсе побледнела, когда за спиной Нияза послышался новый голос.

— Отец, всё готово, можем ехать.

Клянусь, я в последний момент удержала девушку от падения, так резко подкосились её ноги. А затем Нияз обернулся, и я увидела молодого мужчину лет двадцати. Высокого, спортивного телосложения, с коротким ёжиком светлых волос, одетого во всё белое. Черты его лица походили на славянские, а голубые глаза только подчёркивали его отличие от присутствующих. Но если смотреть непредвзято, парень был довольно симпатичным.

Он мазнул по нам всем безразличным взглядом и отвернулся. Но вот прошёл миг, он замер. Моргнул. Медленно вернулся взглядом к нам. Зрачок в его голубых глазах резко расширился, когда он заметил Лейлу. Смотрел с таким неверием, будто призрака перед собой увидел.

— Лейла? — шепнул, делая шаг вперёд.