Книга Жестокий брак по-кавказски, страница 62 – Александра Салиева, Анастасия Пырченкова

— Ты изменилась, — произнёс на порядок тише, неспешно изучая моё лицо.

Наверное, это должно было мне напомнить, что стоило бы придержать свою дерзость и не нарываться на неприятности, но я не смогла. Или не захотела. А может просто устала молчать. В любом случае, я сказала то, что сказала.

— А ты — нисколько.

Ещё один мой ответ, который Ниязу не понравился. Но на удивление, спорить он не стал. Вместо этого, запустил руку в мои волосы, пропуская их через пальцы.

У меня аж перед глазами потемнело от сокрытого в этом жесте.

Нияз любил мои волосы. Постоянно трогал раньше, распускал, перебирал. Когда-то давно, когда они были очень и очень длинными. Теперь же это выглядело, как новая пощёчина. Именно поэтому я взмахнула рукой, избавляясь от его прикосновения.

Вышло слишком резко и как-то даже грубо, но что уж теперь.

Нияз замер. В чёрных глазах зрачок ахнул и сузился. Дыхания тоже больше не чувствовалось. Он затаился, как хищник перед прыжком.

— Если разговор окончен, я пойду, — произнесла хрипло, отведя взгляд. — Нужно проследить, чтобы Фархат с Мурадом в самом деле не потоптали цветы твоей матери.

Боялась, что Нияз воспротивится, заставит вернуться к былому, но он вдруг и правда отпустил.

Я не ожидала, и потому сильно растерялась в первое мгновение. А когда дошло, что действительно могу уйти, поспешила это исполнить. Вышло не особо уклюже, я зацепилась ногой за подол, но Нияз и тут проявил чуткость, поддержав за талию. Вот только обратно отпускать не стал.

Вдохнув-выдохнув, я подняла взгляд. И тут же утонула в его бездонном чёрном взоре. Опять слишком близком. Лицо обжёг его вздох, и я невольно вздрогнула. Зачем-то вдруг вспомнилось, как хорошо нам было в прошлом вместе. И как я таяла от нашего первого поцелуя. Постыдного. Запретного. Досвадебного. Рука на талии стала ощущаться явнее, чётче, горячее. Всё с приставкой слишком. Именно поэтому поспешила разорвать нашу близость. Но на деле загнала себя в ещё большую ловушку, когда Нияз шагнул ко мне ближе, а я оказалась вновь прижатой к стене. И всё это он проделал, не сводя с меня пристального взгляда.

— Нияз… что ты делаешь? — прошептала, выставив руки перед собой.

В разуме нарастала паника.

Неправильная ситуация. Очень. Как и моя реакция на неё. Слишком яркая и однозначная. Совсем не такая, какая должна быть к человеку, от которого получила столько боли.

— А что я делаю, Алия? — поинтересовался Нияз ответно.

Хороший вопрос. С виду будто и правда ничего, но внутри огнём полыхало от того, что он так близко рядом, трогал меня с таким видом, будто имел на это право. Рука буквально жгла талию через слой одежды.

Я попыталась отодвинуться, но Нияз выставил свободную руку, перекрыв возможность маневрировать. Сердце в груди сбилось со своего ритма и забилось сильнее.

— Отойди.

Старалась звучать требовательно, но вышло скорее жалко. Голос срывался на сип. А мои собственные руки, вместо того чтоб оттолкнуть, больше огладили сильные мышцы, чем действительно надавили. Нияз тут же напрягся на мою вольность, а взгляд чёрных глаз стал колючим.

— Не отойду, — произнёс он.

— Отойди, — повторила уже мрачно, давя сильнее на его грудь.

Но проще с Халисой Сабитовной договориться, чем мужа оттолкнуть. Более того, он прижался ко мне вплотную.