Книга Что я должен был сказать, страница 115 – Р. Л. Аткинсон

— Я-я-я не знаю, — пробормотала я, широко распахнув глаза, сердце билось как сумасшедшее. Они оба взяли меня под руки, помогая удержать равновесие. — Давайте просто спустимся к базе.

Приподняв носки, я дрожа начала снова медленно скользить вниз по горе под бдительным и обеспокоенным руководством парней. Как только я почувствовала, что обрела ориентиры, я направила нос доски вниз по склону, и с Дейтоном во главе и Джексоном в качестве ведомого мы помчались дальше.

Еще пара поворотов, и я увидела зеленую крышу базы, возвышающуюся над лесом, который всё еще отделял нас от пункта назначения. Впервые за эти долгие минуты у меня появилась надежда, что я действительно доберусь.

Приглушенные крики пробились сквозь снежную изоляцию вокруг нас, пока мы всё быстрее и быстрее неслись к следующему повороту.

Я проскочила по узкой тропинке, которая была коротким путем к месту назначения, следуя за траекторией Дейтона, и мы скользнули по кривой влево. Завернув за угол слишком быстро, я чуть не упала, когда красные пятна нарисовали след, пересекающий наш путь по снегу и исчезающий обратно в покрытых настом соснах вокруг нас.

Мы втроем ударили по тормозам. Гриффин...

Пожалуйста, пусть с Гриффином всё будет хорошо.

Сдвинув очки на лоб, я стояла вся дрожа. Легкие тяжело вздымались от напряжения и паники; ни один из нас не смел пошевелиться. Стояла мертвая тишина.

Слишком тихо.

Словно лед, который ни один рыбак не просверлил к шумной водной жизни внизу, мы замерли. У нас было два варианта — пойти по кровавому следу или проигнорировать его и с осторожностью продолжить путь к базе.

Раздался булькающий крик, который невозможно было точно локализовать в приглушенной атмосфере; он доносился откуда-то из густой чащи деревьев. Сердце колотилось о ребра, и я знала, что ни за что на свете не поеду на базу.

Пожалуйста, пусть это будет кровь того другого парня.

Не говоря ни слова, я осторожно направила сноуборд к прорехе в деревьях, куда вел багровый след. Снег хрустел подо мной, Дейтон и Джексон последовали моему примеру. Кровь стучала в ушах, когда мы проезжали под ветвями; сосульки свисали, как кинжалы, с тянущихся к нам коричневых когтей, предупреждая нас повернуть назад.

Мир вокруг нас потемнел, кристально чистое голубое небо заволокли сосновые иголки, раскинувшиеся и тянущиеся к солнцу. В конце концов, моя инерция иссякла, и я с тихим стуком села в снег. Криков стало меньше, кряхтения тоже, но те немногие звуки, что пронзали воздух, были громче и теперь ближе.

Гриффин...

Кровавый след здесь был гуще. Прислонив сноуборды к стволам деревьев, мы осторожно пробирались по колено в снегу среди возвышающихся исполинов.

Острая тишина рассекала воздух; ни единый звук боли не отдавался эхом вокруг нас, пока мы забирались всё глубже и глубже, следуя по пухляку. Сердце бешено колотилось, качая пронзающий кожу адреналин сквозь густую слизь в моих венах. И ужас. Из меня сочился осязаемый страх. Я чувствовала вонь собственного пота, струящегося по позвоночнику.

Пожалуйста, скажите мне, что с Гриффином всё хорошо, что всё в порядке.

Сделав рывок вперед, я уперлась ладонью в ствол дерева в тот самый момент, когда огромная рука хлопнула по коре. Я отскочила, пискнув при виде крови, разбрызганной по голым костяшкам пальцев, и застыла на месте. Дейтон и Джексон врезались мне в спину как раз в тот момент, когда солнце скрылось за густой завесой сосновых иголок.