Книга Заложница Иуды, страница 86 – Игорь Толич

— Пока ты будешь убивать собственного брата?!

На коленях передо мной стоял Себастьян, закованный в наручники, изломанный, но не сломленный. Тони уже подготовил всё, чтобы «убедительно» попросить моего брата рассказать правду.

— Если я обещаю, что он останется жив, ты успокоишься? — спросил я.

— Нет! — выкрикнула она.

— Эва! — вдруг прохрипел Себастьян.

За это Тони тут же врезал ему в живот. Брат скрючился от боли, но не упал. Снова поднял голову:

— Евангелина!..

Ещё один удар оборвал его крик.

— Тебе не стыдно звать на помощь женщину? — спросил я, вкладывая в голос всю злость и презрение.

— Я не хочу... — прохрипел Себастьян.

— Чего ты не хочешь?

— Чтобы она... видела... — он с трудом поднял голову. — Эва, уходи... Пожалуйста.

Тони снова врезал ему по лицу. Евангелина закричала, но я в который раз велел Николасу и Матео увести её. В конце концов, они справились.

Я должен был изначально закрыть Эву в её каюте. Но, вернувшись, нашёл её спящей. И не подумал, что она может почувствовать, что я решу ночью дожать Себастьяна. Но она почувствовала...

Её доброта разрывала мне сердце. Её страх — заставлял дрожать самые тёмные уголки моей души. Однако я понимал: Евангелина видела уже достаточно. Ей не нужно знать больше. Теперь она была со мной. Моей. А значит, её встреча с моим миром — неизбежна.

Отец тоже пытался оградить маму от реальности Del Iudas Negro. Но даже он не смог держать свою любимую женщину в полном неведении. Семья — это семья. Приходится жертвовать ради неё... А иногда — и ею.

Передо мной корчился от боли мой брат. Кровный. Хоть и двоюродный, но ставший мне ближе, чем многие. И я готовился ломать его, как ломают только чужаков. Мне и вправду было бы легче всадить ему пулю в голову, чем терпеть это зрелище. Но я обязан был исполнить свой долг до конца. Научиться быть жестоким. Даже к тем, кто мне дорог. Потому что Закон Familia de la Sangre — превыше всего.

— Где ты был, Себастьян? — снова и снова спрашивал я.

Брат молчал. Лицо его оставалось странно пустым, как у человека, который уже всё потерял. А значит — ему было, что скрывать.

Я дал сигнал Тони. Тот вытащил из бочки с горячими углями раскалённую кочергу. Красное железо легло на спину Себастьяна. Запах жжёной плоти мгновенно наполнил палубу. Крик Себастьяна вспорол тишину, как нож.

От его крика внутри меня что-то оборвалось. Я едва устоял, чтобы не отвернуться. Но я — Алехандро Герреро, наследник Iudas Negro. И я не имел права на слабость.

Потому снаружи остался непоколебимым.

— Где был, Себастьян? — снова спросил я.

Молчание.

Тони выжидал моего следующего сигнала. А я не хотел его давать. Не хотел.

Я заметил, как Тони с кочергой настороженно посмотрел на меня.

— Себастьян, — сказал я, — будет только хуже.

— Хуже уже некуда, — прохрипел брат.

— Ещё как есть. И мы оба этого не хотим.

Себастьян поднял на меня ненавидящие, чёрные от злости глаза.

— Ты никогда не знал, чего я хочу. И не узнаешь.

— Тогда скажи сейчас.

— И что будет? Всё равно убьёшь меня.

— Значит, ты признаёшь, что нарушил предал клятву, предал Familia de la Sangre?

— И не раз, — с жестокой ухмылкой ответил он, обнажив окровавленные зубы. — И не раз — по твоему приказу. Предавал. Убивал. Похищал. По твоему приказу, Heredero.