Книга Лилии для Эмилии, страница 35 – Екатерина Мордвинцева

Ленка ответила голосовым, и я нажала воспроизведение, прижимая телефон к уху.

— Эмилия, послушай меня. Я знаю, что ты сейчас чувствуешь. Тебе кажется, что это судьба, что вселенная наконец услышала твои молитвы и послала тебе принца. Но я помню, как ты плакала в школе из-за него. Я помню, как ты говорила, что ненавидишь его. И теперь он появляется с цветами и сладкими речами — и ты готова всё забыть?

Я шла по улице, сжимая телефон. Ленка была права. Она всегда была права. Но она не видела его сегодня. Не слышала, как он говорит. Не чувствовала эту перемену.

«Я не забыла, — написала я. — Но я хочу понять. Может быть, люди действительно меняются».

«Меняются. Но не становятся идеальными за семь лет. Будь осторожна, Эмилия. Я не хочу, чтобы ты снова страдала».

Я убрала телефон в карман. Я знала, что Ленка желает мне добра. Но внутри меня уже росло что-то, что не хотело слушать предостережения. Что-то, что шептало: «А что, если? Что, если это действительно судьба? Что, если этот шанс — единственный? Что, если ты откажешься и потом всю жизнь будешь жалеть?»

Я пришла домой, переоделась, села на диван. Букет лилий стоял на столе, белый, красивый, напоминающий о том, с чего всё началось. Я смотрела на него и чувствовала, как внутри меня что-то меняется.

Мой телефон пиликнул. Сообщение от Алексея: «Спасибо за сегодня. Я давно так не улыбался».

Я посмотрела на экран, и губы сами сложились в улыбку. Подумала — и ответила: «Я тоже».

А потом добавила: «В среду приноси пирожные. Посмотрим, стоил ли того твой двухсотый блин».

Ответ пришёл мгновенно: «Принесу. И ты не пожалеешь».

Я отложила телефон, подошла к окну. За ним медленно опускался вечер, окрашивая небо в розовый и фиолетовый. Весна наступала. И впервые за долгое время мне казалось, что она принесла не только слякоть и ветер, но и что-то ещё.

Что-то, ради чего стоило рискнуть.

Я взяла телефон, открыла наш диалог с Ленкой и написала: «Я буду осторожна. Но я хочу попробовать. Может быть, это ошибка. Но если я не попробую, я никогда не узнаю».

Ленка ответила не сразу. А когда ответила, я прочитала и улыбнулась.

«Ладно. Но если он сделает тебе больно — я его урою. И не только за школу. Это судьба, Эмилия. Не упусти её».

Судьба. Я посмотрела на лилии, на вечернее небо за окном, на своё отражение в стекле — женщину с распущенными волосами и горящими глазами. И подумала: может быть, Ленка права. Может быть, это действительно судьба. И я не должна её упускать.

Я набрала Алексею: «В среду в 7. Адрес пришлю».

Он ответил: «Жду».

Я улыбнулась, глядя в экран, и почувствовала, как в груди разливается что-то тёплое, давно забытое. Надежда.

Весна пришла. И я была готова впустить её.

Следующие два дня прошли в странном, непривычном для меня состоянии равновесия. Я работала, встречалась с клиентами, правила эскизы, но где-то на периферии сознания постоянно присутствовало ощущение, что моя жизнь изменилась. Не кардинально, не с грохотом и треском — просто что-то сдвинулось, как лед на реке, который трогается неожиданно, без предупреждения, просто потому что пришло время.

Алексей не писал. Не звонил. После того вечера в ресторане я ждала сообщения — и в то же время боялась его. Что он скажет? Потребует продолжения? Начнёт торопить события? Моя привычка всё контролировать требовала определённости, но другая часть меня — та, что проснулась вместе с лилиями, — понимала: пауза нужна. Чтобы осмыслить. Чтобы решить. Чтобы просто выдохнуть.