Книга Сдавайся снова, Александрова!, страница 74 – Лина Коваль

Дальше - какой-то пиздец…

Картинка перед глазами плывет, адреналин подгоняет.

Нижнее белье и колготки Оля аккуратно кладет на стул и ложится рядом.

— Я готова.

— «Мы» тоже, - нападаю на нее и больше себя не контролирую.

Опрокинув ее на спину, вспарываю нежную кожу поцелуями и нападаю на груди. Они мягкие, обворожительно круглые, с твердыми сосками и так подходят моему рту.

— Илья, - Оля обнимает мои плечи и бороздит пальчиками по просторам спины. - Пожалуйста…

— Я ведь говорил, что мы «незащищенные», - оглаживаю круглые бедра.

— Уже поняла, - недовольно озирается, а сама ногами обнимает мою задницу.

Мол, кого это останавливало?

— У меня здесь, как у тебя, презервативы коробками не складируются, - смехом говорю и приставляю свой вежливый член к уже пульсирующему клитору.

Разрешите представиться!

Толкаюсь.

— Господи, - преувеличивает мои размеры и навыки Оля. - Да-а-а-а-а… - выгибается и привлекает меня к себе. - Да-да-да-да…

А я смотрю на нее - податливую и нежную - и все-все вспоминаю.

Какой была двадцать пять лет назад.

Как стеснялась, а потом просила еще.

Как раскрывалась с годами, не сразу…

Как в какой-то момент секс тоже стол "полем боя". Инструментом в наших ссорах. Регулярные "дам - не дам" убили что-то хрупкое. То, что сейчас снова появилось… Я это чувствую.

Сначала действительно веду себя прилично. Обещал ведь.

Но по мере того как обмякает женское тело подо мной, а в карих глазах я вижу оголившееся, таки любимое мной желание, части моего тела перестают слушаться и творят «че хотят». Руки - распускают начальскую прическу, язык - буровит уже истерзанные губы, а бедра безжалостным набатом вдалбливаются в горячую плоть.

— Илья, - вскрикивает Оля и вцепляется в меня всем, чем может.

Пальцами, ногами и зубами.

Я от этого ее возбуждения тоже незамедлительно кончаю, в надежде, что моя пунктуальность будет расценена правильно.

Делаю это наружно применительно.

Естественно.

Чтоб не огрести.

— И вот это называется - корректный секс? - тяжело дыша, пытается уложить волосы.

— Забыл сказать, что он еще и биполярный.

Она посмеивается и еще долго лежит со мной, поглаживая мою грудь, пока я борюсь с естественным инстинктом - сном.

Сквозь пелену, все еще прижимая тепленькую Олю к себе, слышу какой-то странный звук, уж больно напоминающий проворачивание ключа в двери.

— Илья, - слышу голос матери из прихожей.

— Блядь…

— Илья? - Оля смотрит на меня с претензией и резко поднимается.

Я подскакиваю и хватаю с кресла трико.

— Я сейчас со всем разберусь, - вскакиваю в него со скоростью света. - Привет, мам! - здороваюсь грозно.

— Привет, - она недовольно посматривает на шубу Оли. - А ты не один, что-лить?

Выдохнув, качаю головой:

— Ты воспользовалась ключами?

— Так ты сам отцу сказал - на случай пожара.

— На случай пожара здесь, - очерчиваю территорию и подтягиваю пояс. - А не в городе.

— Надо было уточнить. Знаю ведь, что ты три дня без сна. И по телевизору тебя видела. Вот приехала покормить и все мама у тебя плохая…

Она трудно идет на кухню с котомками, которые я отбираю, а там посматривает недовольно на тарелку со щами. Они бедолаги того и гляди от такой мины скиснут.

— Сейчас все приготовлю, погрею… - замолкает.

— Я пойду, Илья, - полностью собранная Оля возникает в дверном проеме и смотрит на мать. - Здравствуйте, Тамара Семеновна.