Книга Горько. Одобрено нейронкой, страница 4 – Лина Коваль

— Брешет. Где он столько геморроя взял? - усмехаюсь, закидывая на плечо гидрокостюм.

Кам ржет. Теперь уже не тихо.

— Микула, - Полинка-зараза грустнеет. - Я же просила не иронизировать на эту тему. Помимо свеч от геморроя, компания Георгия производит ещё много всего.

— Крем… от геморроя? - вопросительно на нее смотрю.

— Так… все! - бывшая топает ногой.

— Все так все, - ворчу. - Я поехал. У меня законный выходной.

— Русский, твою мать! Стоять! - рычит она, снова хватая мою руку. - Ты можешь хотя бы полчаса побыть нормальным?

Нормальный, в ее понимании, - это зализанный очкарик в рубашке на пару размеров меньше и таких же брюках. Чтоб блестели и туфли, и лысина. У ее новоиспеченного мужа такое озеро надежды. Целый геморрой на башке, которому ни одна мазь не поможет.

— Просто помоги Арсену и уезжай, - Поля поправляет длинную косу и направляется к берегу.

— Может, ну их на фиг, мажоров этих? - поравнявшись со мной, Кам почесывает затылок и хмурится. - Ты, вообще, умеешь ей отказывать?

— Мы восемь лет были в отношениях, а Полина ко мне так и не переехала. Поверь мне, я умею ей отказывать.

Пока идем к беседке, встречаю двоих знакомых: Катю Черепанову, мы вместе на русские народные танцы ходили, и Жорика Карпова, с ним в палаточном лагере в прошлом году познакомились.

— В этом городе есть люди, которых ты не знаешь? - ворчит напарник.

— Вряд ли. У меня «Вконтакте» восемь тысяч друзей.

Моя мама Валентина Александровна Русская вот уже двадцать пять лет занимает должность директора крупнейшего в Нижегородской области Дворца Культуры Горьковского Автозавода.

Надо ли говорить, что с раннего детства я посещал всевозможные кружки, секции и был постоянным участником городских мероприятий?

С Полинкой, кстати, там же познакомился. Детская влюбленность переросла в первые отношения. Встречались с восемнадцати, восемь лет быстро пролетели, а год назад она меня ошарашила новостью: мол, замуж выхожу. За Георгия Геморроевича. Ой, Георгия Гумаровича. Простите. Как-то само собой получается.

— Привет, - Георгий поднимается из-за стола и протягивает мне ладонь для рукопожатия.

Сминаю ее своей лапой как следует, чтобы косточки хрустнули. Очки съезжают на нос.

— Что у вас произошло? - спрашиваю, пока Кам разбирает наше оборудование.

— Айфон упал, вот здесь, - нерусский парень жестом подзывает к себе.

На деревянном плотике только он один.

— Зачем он тебе теперь? - Камиль посматривает на воду, а затем на меня. - Вряд ли будет работать после такого.

— Он в специальном влагозащитном корпусе. Я заплачу, ребят. Сколько надо?...

Переглядываемся.

— Сотка, - называю цену.

Кам опускает глаза и улыбается.

— Чего так дорого, ребят? - Свечник подбирается ко мне сзади.

На всякий случай отхожу подальше. Мало ли что у него на уме?...

— Дорого так дорого, мужики. - Напарник принимается сматывать страховочную веревку.

— Ладно, черт с вами! - Арсен машет рукой. - Айклауд там, а девки, - кивает в сторону отеля, - видео в бассейне наснимали. Жена увидит - мне крышка, мужики.

— Так может, она уже увидела? - спрашиваю.

— Она с Кубы сейчас летит. В самолете. Точно не видела, но время поджимает.

Камиль опять принимается разбирать веревки и называет новую цену:

— Сто двадцать.

— Только что было сто! - Арсен недовольно возмущается.