Книга Я тебя не хочу, страница 195 – Елена Тодорова

Всего лишь задевая меня плечом, ведьма пускает по моему телу электричество и заставляет мой желудок фигачить двойное сальто.

— Ты чем весь день занималась? — бубню угрюмо, поглядывая исподлобья на объект своего больного желания. — Отлеживалась, да? Радовалась, что меня нет? А я работал!

Что меня особо кошмарит — в последнее время все мои претензии Шмидт воспринимает с таким снисхождением, словно я всего лишь дятел, к беспонтовой чеканке которого она адаптировалась.

И вот сейчас… Вместо вспышки служанка в очередной раз лениво кривит губы и закатывает глаза.

— Я тоже работала, Дим, — оповещает ровно, а по сути, отмахивается.

— Да дрыхла ты! — пилю я на взводе. — Если бы не дрыхла, что-то бы мне написала!

Пиздец теория, да?

Из Испании звонят. Стыд не признают, но так как все всегда пеняют на них, настаивают на незамедлительном рециклинге вопроса.

Соррян, ребят. Я не в ресурсе.

— С какой стати мне тебе писать, Дима? — припечатывает Шмидт с холодком. — Если тебя так интересует чистота, можешь взять белый платочек и пробежаться по поверхностям. Я за свою работу отвечаю.

Хуй там меня интересует чистота.

Совсем другие интересы натягивают до звона нервы.

— Ты скучала по мне, — выпаливаю ей в лоб в подспудной надежде препарировать таким образом загадочный ведьминский мозг.

Реакций — рать. А если точнее, одна. С той самой приставкой в виде глухого согласного «с».

— Нет, конечно, — флегматично отражает малахольная служанка. Схватив из вазы конфету, отправляет ту в рот. Откусывает край конуса и сосредоточенно смотрит на начинку. — Ты точно заработался, Димочка. Подкрепись.

Если бы мы реально снимали фильм, это было бы частью скрытой рекламы — эстетичной, но все же раздражающей.

Сука, лучше бы мы так гондоны популяризировали! Тогда бы Шмидт не пришлось глотать гормоны и, как следствие, кровить.

По-тихому закипаю. Однако помня все предыдущие стычки, в позицию нападения переходить не спешу. Слишком растерян.

Надо собраться с мыслями.

— Димочка! — выдыхает Фиалка взбудораженно, едва успев прожевать шоколад. — Ну, читай же скорее весь отчет! Интересно, что там написано!

Все, что ей от меня нужно.

Есть вариант уйти в отказную, но, черт, тогда, вероятно, Шмидт тупо свалит домой.

Скрипнув зубами, склоняюсь над треклятой папкой.

— Двадцать пятое мая одна тысяча девятьсот тридцать седьмого года, — читаю мрачным тоном, без какого-либо энтузиазма. — Партия номер четыреста семнадцать дробь тысяча девятьсот тридцать семь. Ответственные лица: Алексей Карпович Миронов (заведующий лабораторией), Матвей Харитонович Орехов (главный химик), Игорь Николаевич Синьковский (главный техник)…

— Ой, ладно, — перебивает меня Лия. — Опустим имена! Давай к сути, Фильфиневич! Ума не приложу, как ты находишь среди этих бесконечных петель буквы! Я должна бы ввернуть шутку о том, что ты отточил мастерство, читая рекомендации своего лечащего врача. Ахаха. Но я промолчу!

Сглотнув, напряженно прочищаю горло. А едва только вскидываю на Шмидт взгляд, глотку снова пережимает.

— Да уж, молчи, зверушка, — хриплю на автомате.

Сказать бы еще что-то… Но огонь в ее глазах, несмотря ни на что, неохота гасить.

— Читай же, Дима! Читай!

И я снова склоняюсь над папкой. Пока перечисляю указанное в отчете оборудование, периферийным зрением вижу, как Лия кивает и загибает пальцы.