Книга Я тебя не хочу, страница 9 – Елена Тодорова

Я, очевидно, очень сильно верю в свое счастье.

Беззаботно плаваю не меньше пятнадцати минут. А выбравшись на причал, додумываюсь еще и раздеться, чтобы хорошенько выжать от воды одежду.

И вдруг… Когда я, будучи в одних трусах, выпрямляюсь, перед моим святым ликом вырастает Люцифер. Ну, в смысле, тот самый Люцифер, который ездит на троллейбусе.

Боже… Он пялится на меня!

От ужаса тряпки свои мокрые теряю.

И как заору!

У самой едва барабанные перепонки не лопаются. А за ними сердце, легкие… Все внутренности! Организм такому накалу подвергается, что кажется, не выжить ни за что.

— Че ты горланишь? — пытается перекрыть мой крик Люцифер. Зажав уши ладонями, ржет, клоун. И глаз с меня не сводит. — Замолчи!

Я замолкаю. И начинаю забрасывать его камнями. Жаль, они очень мелкие. Хотелось бы иметь в распоряжении булыжники. Кроме того, все силы использовать возможности нет — одной рукой грудь закрываю. Сражаюсь, как могу.

— Отвернись! — гоню маньяка с поляны, не переставая наступать.

— Ты че, больная? Ты правда больная? — еще громче гогочет. Выставляя руки, почти все снаряды, гад, отбивает. — Успокойся!

— Не тогда, когда ты пялишься на мою грудь!

— На твою несуществующую грудь!

— Ах ты… Олень ты из-под елки! С сосной на голове! Отвернись, пока не убила тебя!

Нельзя, чтобы он догадался, что напугал меня. Нельзя.

— Как к тебе спиной-то поворачиваться? Я че, дебил?

— Ты дебил, — сообщаю наигранно скорбным голосом.

И Люцифер оскорбляется.

— Да пошла ты.

Выкатив мне фак, отворачивается. Прячет ладони в карманы брюк и решительно шагает к тем самым кустам, через которые я пробиралась к пруду.

Перевожу дыхание. С колотящимся сердцем подхватываю вещи. Не переставая следить за удаляющейся фигурой, быстро одеваюсь.

Люцифер же оборачивается, так и не дойдя до кустов. У меня по телу дрожь разлетается, потому как… Я будто знала, что он сделает это.

Именно там. Именно таким образом. Именно с той ленцой, которую он выдал.

— Какого черта ты здесь делаешь? — кричит через поляну.

Я смотреть на него не могу.

— Какого черта здесь делаешь ты?! — перевожу стрелки, понимая, что должна шагать к нему. И я шагаю. Шагаю, выпаливая: — Сбежал из-под конвоя, чтобы преследовать меня? Подкрался к девочке-подростку и довольный, маньячина!

— Подростку? — проговаривая это слово, хмурится, словно оно ему неизвестно. Болван. С прищуром повторную инспекцию моего тела проводит. Дрожь — все, что оно признает. А после жар. Безумное пожарище внутри. Котлован ада. — Сколько тебе лет? — спрашивает Люцифер, будто сдаваясь. — Сколько?

Я смеюсь. Покачивая бедрами, что совсем мне несвойственно, играю с ним.

— Сколько есть, все мои, Люцифер.

— А если серьезно?

— А если серьезно, не помню.

Мы уже близко. Слишком близко.

Я останавливаюсь, когда сердце дает аварийный сигнал. Больше не выдержит.

— Что делаешь здесь, тоже не помнишь? У тебя провалы в памяти? — гуляющий по кронам деревьев ветер добавляет его тягучему голосу шумов. А меня передергивает так, словно между нами проносится электричество. — Поэтому ты такая бешеная? На всех людей так кидаешься?

— До бешенства ты меня еще не доводил.

— И не хочу. Я с детьми не связываюсь, — выталкивает вяло. — Надеюсь, тебя волки сожрут, — бросив это пожелание, разворачивается.