Книга Есть такая вероятность, страница 67 – Юлия Устинова

Надя

— Короче, у меня нет сменки. Так что, извиняй.

Продефилировав по комнате в полотенце, Лядов скидывает его на подлокотник и без дополнительных приглашений ползет на диван.

Голый. Мать моя женщина. Это больше, чем я хотела увидеть сегодня.

Дима натягивает одеяло до пояса, но оставляет торчать на воздухе свои длинные голени. Вспоминаю, что он всегда так делает, прикрывая задницу и скомкав остальное, поэтому с ним невозможно спать под одним одеялом.

— Да ничего.

Подхватив его влажное полотенце, в свете мигающего телевизора облизываю Димкин торс голодным взглядом.

Но, пока чищу зубы и одновременно протираю зеркало в ванной, о себе дает знать совесть, начав довольно назойливо капать мне на мозги.

“Да-да, мне не следовало всего этого допускать, — затыкаю ее, — но что теперь? Убиться, что ли? А если я и сама в него влюбилась?”

“Тогда скажи ему все. Скажи. В чем проблема?”

“А смысл? Такие, как Димочка, даже если и влюбляются, то ненадолго, — дальше оправдываю себя, — натура у него кобелиная, глядишь месяц-другой, там у него и пыл поубавится, найдет кого помоложе. Найдет-найдет. Такому-то это как раз плюнуть. А сегодня, пока, он со мной...”

Мой.

Прижимаю ладони к покрасневшим щекам.

Глаза блестят, как у дурочки.

Взбудораженная, хватаюсь за сердце, где не по-детски колошматит, а в груди бурлит, словно внутрь меня опрокинули целый ящик шампанского.

Я наслаждаюсь своими ощущениями, тем, что снова могу все это испытывать.

Просто жить и радоваться тому, что имеешь, знать, что твой организм в порядке и работает, как надо, — это ведь такая ценность, на которую прежде я даже внимания не обращала.

После операции во мне словно что-то перезапустилось. На многое я стала иначе смотреть. Проще. Спокойнее. А еще я все-таки поставила новые цели. Ну нет у меня полноценного женского счастья, хоть карьерой надо заняться. И не мешать другим ее строить.

“Эх, Надя-Надя…”

“Сорок лет уже Надя”, — показываю себе язык.

А несколькими минутами позднее уже орудую им во рту у Димки.

Его поцелуи мятно-сладкие, поначалу сдержанные и осторожные, становятся все более требовательными. Хотя рук он не распускает. Ну, почти. Всего лишь залез под подол сорочки. В то время, как я…

— Ой… — нащупываю на одеяле внушительный бугор. Тяжело дыша, отпускаю его губы и сжимаю Диму через одеяло. — Да тут просто… Уральские горы.

— Бери выше, — отзывается хриплым смешком. — Гималаи. С доставкой на дом.

Да уж, скромности Лядову не занимать. Впрочем, с размером у него все здорово, а особенно — с длиной.

Откинув одеяло, я мягко пожимаю его мошонку. Она каменная. Беру его в кулак. Дима вздрагивает на каждом моем движении и толкает пальцы под ткань моих трусиков.

— Я не заказывала Гималаи, — ерзаю, отмахиваясь от его поползновений.

— Ну извини, — Димка с шипением сжимает мои стринги на бедре, пока я медленно протискиваю сквозь кулак его влажную плоть. — Товар из-за рубежа. Возврат только через Озон-Глобал.

Я хохочу, рискуя разбудить соседей.

Меня еще никто так не смешил.

Но я не поэтому влюбилась в него. И сколько бы все у нас не продлилось, я хочу испить эту чашу до дна.

— Дим, я тебя обожаю, — чмокаю его в колючий подбородок. — У тебя же есть?

— Есть, вроде, — он громко сглатывает. — Но ты же сказала…