Книга Насильно отданная. Запретная любовь Шаха, страница 41 – Злата Зорич

— Аврора… — прозвучал совсем рядом его голос.

Я медленно подняла глаза. Протянула руки и коснулась его лица, его волос. Наши взгляды встретились — на этот раз нам для этого не понадобилось зеркало.

В них было всё: боль, ярость, отчаяние… и такая дикая, жгучая нежность, что я задохнулась.

— Я думал, что потерял тебя навсегда… — сказал он глухо.

— Я тоже так думала… — прошептала я еле слышно.

Потом наклонилась ближе, прижалась лбом к его щеке.

— Мы спаслись… — повторила я шёпотом, будто заклинание. — Мы спаслись, Шах.

Он выдохнул, его руки дрогнули — и в следующую секунду он заключил меня в объятия, прижимая так сильно, что мне стало трудно дышать. Но я и не хотела дышать без него. Я хотела раствориться в этих руках, в этом тепле, в этом невозможном чуде, которое он мне подарил, рискуя собственной жизнью.

Однако, когда первый восторг прошел, ко мне постепенно пришло горькое осознание — наша борьба еще не закончилась. Она едва только началась...

Мне стало страшно при мысли сколько еще опасностей и препятствий нас ждет впереди. Я вцепились в его рубашку, в его плечи, в его шею. Повторяла его имя снова и снова, пока Артур не увлек меня в новый поцелуй.

Это было безумие. Это был крик отчаяния и жажды. Он прижимал меня, будто боясь, что я снова исчезну, что меня отнимут опять. Его руки скользили по мне, проверяя, убеждаясь, что я здесь, я целая, я живая.

Я теряла себя. Я тонула в этом поцелуе, в его дыхании, в его горячих пальцах, которые обжигали мою кожу даже сквозь ткань платья. Оно мешало нам, оно было как чужая оболочка, которую я ненавидела. Я чувствовала, как он срывает с меня ткань, которая рвется, как его дыхание обжигает мою кожу, как его губы оставляют влажные следы на моём теле. Я не сопротивлялась. Я хотела этого больше, чем жизни. Я знала, что после того, как он вырвал меня из цепей, я уже принадлежу ему. Моему безумному, невозможному, единственному.

Но на самом пике, в тот момент, когда я уже подумала о том, что, наверное, у нас все прямо здесь и сейчас случится, Артур вдруг остановился, обхватил моё лицо ладонями, впился взглядом в мои глаза. Его дыхание было рваным, руки дрожали, губы всё ещё горели моими поцелуями, но он выговорил хрипло:

— Нам нужно бежать дальше… понимаешь? Прямо сейчас. Мы не можем остановиться.

Я не помню, кто из нас первый снова потянулся к другому. Наверное, я. Или все-таки он…? Это не важно. Это не имело никакого значения — потому что весь мир подтолкнул нас друг к другу.

Мне казалось, что, если мы сейчас разомкнём объятия — я этого не вынесу.

Но он все-таки оторвался от моих губ и жадно провёл по щеке, по шее, оставляя горячие поцелуи. Его дыхание обжигало, его губы заставляли меня стонать, и я впервые не боялась этого звука. Наоборот — я хотела, чтобы он слышал, как сильно я горю от него.

— Аврора… — сорвалось у него. — Ты сведёшь меня с ума.

— А ты думаешь, я не схожу…?

— Ты моя… — прошептал он прямо в губы. — Слышишь? Ты только моя.

— Твоя… — выдохнула я. — Навсегда твоя…

Артур распахнул дверцу, впустив в салон машины свежий, обжигающий своим холодом воздух, чтобы мы оба немного пришли в себя. Я ощутила, как меня обдало этим ветром свободы. И у меня словно открылось второе дыхание, появились силы — я готова была идти туда, куда он скажет.