Книга Сорок оттенков свободы, страница 21 – Диана Эванс

— Мне нужно в душ, — сказала я. — И нужно позвонить Алине.

— Позвонишь после душа.

— Сейчас. Я хочу позвонить сейчас.

— Вера. — Он взял меня за руку. — Дай себе время. Не звони сейчас, когда ты ещё не собралась с мыслями. Позвони, когда будешь готова.

— А если она не возьмёт трубку?

— Тогда напиши или подожди. Она твоя дочь, она не исчезнет.

Я знала, что он прав. Но внутри всё равно было неспокойно. Я представила лицо Алины, когда она поняла, что меня нет. Представила, как она искала меня глазами в зале, как спрашивала у официантов, как набирала мой номер, а я не отвечала, потому что телефон остался в сумочке, а сумочка в зале.

— Мой телефон, — вспомнила я. — Он остался там на столе.

— Я заберу, — сказал Максим. — Потом, когда все схлынет.

— Что значит «когда схлынет»?

— Вера, ты ушла со свадьбы с другом жениха. Ты думаешь, это осталось незамеченным?

Я села на кровати, прижимая к груди простыню. Сердце забилось быстрее.

— Что ты хочешь сказать?

— То, что, скорее всего, все уже знают. И твоя дочь, и твой бывший муж, и его новая жена, и мать жениха. И сейчас они обсуждают это. Переписываются, звонят друг другу. И если ты позвонишь Алине сейчас, ты услышишь не её голос. Ты услышишь голос человека, который только что выслушал десяток мнений о том, какая у неё «неадекватная мать».

Я смотрела на него и чувствовала, как холодок пробегает по спине.

— Ты думаешь, она злится?

— Я думаю, она в шоке и что ей нужно время, чтобы переварить. Как и тебе.

— Я не хочу, чтобы она злилась.

— А она и не будет злиться вечно. Она твоя дочь и она тебя любит. Но сейчас ей страшно, потому что ты сделала то, что не вписывается в её картину мира. Ты перестала быть «мамой» и стала женщиной. А это всегда пугает детей..

Я опустила голову. Он был прав. Опять прав. И от этого было не легче, а тяжелее. Потому что если он прав, значит, я не могу сейчас позвонить и всё исправить. Я должна ждать, а ждать я не умела. Я всегда всё исправляла сразу. Убирала за собой и сглаживала углы. Делала так, чтобы всем было удобно.

— Что мне делать? — спросила я.

— Иди в душ, — сказал он. — Я закажу завтрак и мы поедим в спокойной обстановке, поговорим. А потом ты позвонишь дочери, только когда будешь готова.

Я посмотрела на него. Он сидел на кровати, обнажённый по пояс, и смотрел на меня спокойно, без тени паники. Будто всё, что случилось, было в порядке вещей. Будто утро после скандальной ночи это просто утро.

— Ты не боишься? — спросила я.

— Чего?

— Что скажут люди? Что твои друзья будут над тобой смеяться? Что Олег будет зол?

Он усмехнулся.

— Вера, мне тридцать два года. Я владелец сети ресторанов. Я прошел через развод родителей, через банкротство первого бизнеса, через предательство партнёра. Сплетни это наименьшее из зол, которые могут случиться в жизни. Если люди хотят надо мной смеяться, пусть смеются. Мне всё равно.

— А Олег?

— Олег хороший парень и он поймёт или не поймёт. Но это его проблема, не моя.

Я смотрела на него и чувствовала, как моё уважение к этому мужчине растёт с каждой секундой. Он был уверен в себе. Не напыщенно, не демонстративно, он просто знал, кто он и чего хочет в отличие от меня.

— Иди в душ, — повторил он. — Я закажу завтрак. Ты пьёшь кофе?

— Пью.

— С молоком или без?