Книга Влюбить босса. Новогодний спор, страница 53 – Ника Лето

— Доброе утро, — произносит он ровно.

Но в этом «добром утре» сквозит интимность, я слышу её, и у меня внизу живота всё стягивается в тугой, пульсирующий узел.

— Доброе, — отвечаю хрипло.

И делаю шаг к нему. Сама не понимаю, что делаю, но ноги несут меня прямо к нему.

Он замирает. Ждёт. Смотрит.

Я подхожу вплотную, задираю голову, чтобы встретить его взгляд, и — чёрт с ним, с этим самоконтролем! — тянусь к его губам. Целую. Сама. Впервые по своей воле. Добровольно сдаваясь в плен.

Этот поцелуй сносит всё.

Он взрывается ответным огнём мгновенно, будто только и ждал этого сигнала.

Его руки смыкаются на моей талии, приподнимают меня, и в следующую секунду я уже сижу на столешнице, а он стоит между моих ног, жадно, сладко, беспощадно целуя. Так, что весь мир исчезает, стирается в порошок, остаётся только он. Только его губы, его язык, его дыхание.

Его пальцы зарываются в мои волосы, слегка оттягивая голову назад, открывая доступ к шее. Другая рука гладит бедро, задирая край футболки всё выше, пока его ладонь не ложится на обнажённую кожу. Я чувствую его возбуждение — твёрдое, горячее, прижатое ко мне. И таю. Превращаюсь в лужицу счастья и желания, текучую, податливую, готовую на всё.

Он отрывается на секунду, чтобы перевести дыхание, утыкается лбом в мой лоб, тяжело дышит. Его глаза затуманены, зрачки расширены так, что радужки почти не видно.

— Женя… ты меня угробишь. Окончательно.

— Молчи, — шепчу я и снова притягиваю его за шею, зарываясь пальцами в его волосы. Они мягкие, тёплые, пахнущие шампунем. — Я хотела тебя поцеловать. С утра. Просто так.

Он стонет мне в губы, и по моему телу волной бегут мурашки.

Мы целуемся ещё несколько минут, теряя счёт времени. Я чувствую, как его пальцы гладят мои бёдра, как он прижимается всё теснее, как между нами буквально искрит. Но где-то на задворках сознания, затуманенного страстью, прорезается тоненький голосок разума.

Я на столешнице. Он между моих ног. Нас почти ничего не разделяет. И если так продолжится, наше пари закончится прямо сейчас. Сладко, порочно, но мы оба проиграем.

С огромным трудом отрываюсь, кладу ладони ему на грудь, чувствуя под своей кожей его бешеное сердцебиение. Что ж. У меня точно такое же сейчас. Мы дышим в унисон, как два марафонца на финише.

— Кирилл… Отвези меня на работу.

Он замирает. Смотрит непонимающе, будто я предложила полететь сейчас на Луну.

— Что? Сейчас?

— Да. Нам обоим нужно… проветриться, — улыбаюсь я криво. — И вообще, до конца пари ещё две недели. Не можем же мы реально сидеть взаперти так долго.

Он отстраняется, проводит рукой по лицу.

— Жень, может, останешься? Переждём здесь, я буду себя контролировать. Обещаю. — Он смотрит с такой надеждой, что сердце сжимается. — Зато никто не будет мешать, никто не будет ломать наши планы, никто не будет строить козни. Просто мы вдвоём. Никаких Алён, никаких истеричных баб в моём кабинете.

Я качаю головой, касаясь пальцами его щеки.

— Это не выход.

— Жень. — Он перехватывает мою руку, прижимает к своей щеке, закрывая глаза на секунду. — Я хочу, чтобы ты мне поверила. Хочу, чтобы ты понимала — я не смотрю ни на кого больше. Только на тебя. Ты свела меня с ума. Полностью, безвозвратно. Ты — единственная, кто мне нужен.

Он укладывает руки мне на щёки, большие пальцы гладят скулы, и заглядывает прямо в глаза. Так глубоко, что, кажется, видит самую душу. Моё сердце подпрыгивает в груди и замирает. Какой же он… потрясающий, блин.