Книга Влюбить босса. Новогодний спор, страница 6 – Ника Лето

Шереметьев стоит посреди кабинета, в свете луны, пробивающемся сквозь окно, и смотрит на меня. Смотрит голодным, похотливым взглядом.

Мы заперты. Вместе. И босс желает снять стресс.

Блин, Жукова, ну так только ты могла так встрять…

— Чем займёмся, Евгения? Есть предположения? — повторяет босс и прищуривает лукаво глаза.

У него такой вид, будто он собирается прямо сию же секунду приступить к распаковке очень желанного подарка. Но… блин! Я ведь не его подарок. Не надо со мной ничего такого делать. Тут, по сути, и распаковывать нечего. Я сегодня даже без лифчика.

Стоп. Эм… О чём это я, собственно говоря, думаю, м?

Я в панике отрываю взгляд от его наглой ухмылки и тычу пальцем в дверь.

— Вот этим займёмся, Кирилл Захарович! Сломаем, взломаем, позвоним кому-нибудь! У вас же есть телефон? Или… охранник на пульте? Кнопка?

Слова вылетают из меня пулемётной очередью, выдавая моё волнение. Надо ж генерировать идеи, пока он свои не вздумал озвучивать. А то есть у меня подозрения, что его предложения мне не понравятся.

Босс медленно, с театральной задумчивостью, трёт подбородок.

— Телефон в пиджаке. Пиджак… — он обводит кабинет взглядом, — где-то там. А кнопка вызова охраны, к сожалению, отсутствует. Только на стойке администрации. Увы… Кажется, мы в безвыходной ситуации.

— Не может быть! — выдыхаю я, отказываясь верить в происходящее.

— Может, — парирует он и направляется ко мне. Не спеша. Со своей неизменной довольной ухмылкой. С видом, который говорит «вот видишь, всё так, как должно быть, ты от меня теперь никуда не скроешься, зайка». — Дверь качественная, массивная. Сломать… невозможно. Этаж пуст, вероятность того, что кто-то придёт сюда с зала, где проводится банкет… минимальная.

Всё складывается в слишком идеальную, слишком зловещую картину. Идеальную для босса, который собирается стресс снимать со мной. Для меня во всём этом кошмаре нет ничего соблазнительного, ничего хорошего, ничего правильного.

И надо же. Свой-то телефон я тоже оставила в сумочке. Думала сбегаю туда-сюда за идиотской запиской и всё. А вместо этого я тут застряла. И, видимо, надолго.

Есть правда мааааленький шанс, что Катька вспомнит обо мне и пойдёт искать, но, с другой стороны, она уже была навеселе, а сейчас, наверное, ещё веселее… Вдруг кто её взял в оборот и про меня подруга забыла?

Хуже не придумаешь!

Пока я рефлексирую и пытаюсь хоть что-то придумать, Шереметьев оказывается слишком близко ко мне. Останавливается в паре каких-то жалких шагов от меня. Я впиваюсь спиной в холодное дерево двери.

— Давай, Женя, я посмотрю, — говорит босс. — Может, просто заело…

Я пытаюсь отступить в сторону, но он вдруг опирается одной ладонью о стену возле моей головы, а второй уже тянется к ручке двери. Я оказываюсь в ловушке. Застываю, как пойманный зверёк и помалкиваю.

Шереметьев дёргает ручку, но бесполезно. Звук глухой, безнадёжный, мёртвый, тот самый, что говорит «закрыто».

— Да, действительно, кто-то нас закрыл, — констатирует он факт.

От его дыхания, смешанного с ароматом коньяка, кружится голова. Только вот после своей проверки он не отодвигается, продолжая нависать надо мной. Его глаза перемещаются с ручки на меня. Во взгляде я читаю тот самый интерес, что уже успела уловить. Азарт. Как будто эта ситуация — самая увлекательная игра за весь этот вечер.