Книга Горячий черный чай. Том 1, страница 93 – Ппан Ким

— Хон Чхаён, вот, возьми. Съешь его и подрасти.

Нам Юнсу положил пончик мне на поднос с таким видом, словно делал мне одолжение. А затем скорчил плаксивую гримасу, как будто расстался со своим единственным ребенком.

— Прощай, пончик. Найди покой в чреве Хон Чхаёна.

— Разве он поможет вырасти?

Услышав мой вопрос, Ким Чханён отрицательно покачал головой:

— Не поможет. Только потолстеешь.

Вот кто любого может сразить наповал одной фразой. После этой колкой реплики Ким Чханён продолжил есть молча.

Когда я ткнула палочкой в пончик, Им Согён приблизился и прошептал:

— Ешь побольше, фасолинка. Чтобы стать огромной фасолиной, ты должен хорошо питаться.

— …

Огромной фасолиной? Я сунула пончик в рот и зыркнула на Им Согёна. Увидев его радостное лицо, вновь вспомнила, как он улыбался, когда сегодня с кем-то переписывался. Может, он просто улыбчивый парень? Наверное, так оно и есть.

Стоило только подумать, что он разбрасывается своей улыбкой направо и налево, и я начала вести себя мелочно. Как бы это сказать? Мне это не нравилось.

Я искоса глянула на Им Согёна, который с улыбкой болтал с Нам Юнсу. На душе у меня было неспокойно. И почему я так себя почувствовала? Ответа я не знала.

Когда я откусила кусочек пончика и посмотрела по сторонам, мы с Ким Чханёном, который сидел напротив, встретились взглядами. Я застыла, как будто он меня на чем-то подловил.

— Эм…

Мы смотрели друг другу в глаза довольно долго. В тот момент, когда я собиралась уже спросить, почему он так уставился, Ким Чханён, смотревший на меня без всякого выражения, вдруг отвернулся.

Может, у меня что-то на лице? Когда я подняла руку, чтобы провести по щеке, сбоку откуда ни возьмись появилась рука и вытерла уголок моего рта. Мои глаза округлились, я обернулась и увидела Им Согёна, который невозмутимо смахивал крупинки сахара со своего большого пальца.

— Обязательно так пачкаться, когда ешь?

Похоже, я была не единственной, кто удивился: Нам Юнсу нахмурился и уставился на нас с Им Согёном с таким выражением, словно он увидел то, чего не должен был видеть.

— Сидит тут, губы однокласснику от сахара вытирает, – проворчал он.

Я беспокоилась, что нас могут неправильно понять, но Им Согён с невозмутимым видом взял в руку ложку, как будто ничего не произошло.

— Чханён, стряхни лучше весь сахар.

— А?

— Говорю, сахар стряхни. Если он останется у тебя на губах, могут быть проблемы. Возможно, придется даже сжать руки в кулаки.

Ким Чханён непонимающе наклонил голову, Им Согён хмыкнул и продолжил есть, и только Нам Юнсу почему-то сидел в замешательстве. Я уставилась куда-то вдаль.

Далекие горы… Каждая их вершина… Не знаю, почему мне в голову пришли эти слова из какой-то песни.

После обеда, когда мы вернулись в класс, ребята, которые пришли туда первыми, уже убирали свою территорию. Я быстро почистила зубы и приступила к уборке. Прежде всего я как следует потоптала мусорный мешок, чтобы утрамбовать его и уменьшить объем, затем завязала его.

Я выбросила мусор и собралась уходить, когда услышала за мусорными баками шум. Интересно, что там? Я уже хотела пойти посмотреть, что стряслось, но вспомнила, что в школе ни дня не обходится без потасовок, поэтому решила, что это бессмысленно, и развернулась к входу.

Но не успела я пройти и несколько шагов, как передо мной пролетел сланец. Я удивленно посмотрела на то, как он с громким звуком упал на асфальт и отскочил, и повернула голову.