Книга Огненные сердца. Все, что осталось от нас, страница 88 – Кира Сорока

Девушка уносится из зала в слезах. Я провожаю ее взглядом и натыкаюсь на Егора. Он с суровым видом стоит в дверном проеме, прислонившись плечом к двери. Руки скрещены на груди, хмурый взгляд исподлобья. Нервно сглотнув, я вновь поворачиваюсь к камерам.

Меня снимают со всех ракурсов, затворы камер щелкают нескончаемо. Мужчины никак не комментируют процесс, просто смотрят. По их лицам ничего невозможно понять.

Объявляют перерыв. Мне подкалывают волосы, наносят на губы нежно-розовый блеск, а потом просят прижать к лицу тюбик крема и проникновенно посмотреть в объектив.

Проникновенно я умею смотреть только на Егора, поэтому вместо камеры представляю его лицо. И то, что он присутствует здесь, в нескольких метрах за моей спиной, помогает мне расслабиться.

Съемки длятся не меньше двух часов. У меня ноет спина, немеет лицо. Теперь я лучше понимаю Юлиану. Мне всегда казалось, что ее работа – это не работа, а так… раз плюнуть. Но на самом деле все не так просто. Пожалуй, надо позвонить ей на днях…

Выныриваю из своих мыслей, когда дверь зала закрывают, предварительно выставив всех фотографов, визажистов и стилистов. Теперь тут только я и трое мужчин. Роберт отодвигает для меня один из стульев за круглым столом.

— Что там у нас с возрастом? – щелкает пальцами тот, что помоложе.

— Договор будет заключаться с нашим агентством, – тут же говорит Роберт. – Алине еще нет восемнадцати.

Старший мужчина недовольно хмурится.

— Когда исполнится?

— В марте. Третьего, – мой голос невольно начинает сипеть.

— Три недели… – Он задумчиво стучит ручкой по столу. – Значит, подождем.

Теперь очередь Роберта нахмуриться.

— А в чем проблема?

— В том, что решать любые вопросы с теми же поездками намного проще и приятнее с ней, не поднимая на уши все агентство. Нам нужно лицо, а не лица, Роберт, – немного надменно говорит молодой.

Роберт заметно сдувается и не знает, чем парировать. А я почему-то чувствую себя куском мяса, которое хотят пожарить на вертеле. Но вот незадача – ему необходимо еще помариноваться три недели.

— Какие поездки? – спрашиваю настороженно.

— Париж, Лондон, Берлин, – мягким голосом отвечает мужчина постарше. Он пересаживается на другой стул, поближе ко мне. – Надеюсь, милая девушка, вас никто не уведет за эти три недели? И без готовых снимков я вижу, что вы нам подходите.

Мои щеки вспыхивают. Покровительственный тон этого мужчины звучит с каким-то неприятным подтекстом.

— Может, и уведут, – включается в игру Роберт. – Без договора все что угодно может произойти. У Алины много предложений. Она, как вы видите, – свежая струя.

Оба мужчины испепеляют его недобрыми взглядами. Молодой сдается первым:

— Хорошо, заключаем договор с агентством. Пришли бумаги на почту. В субботу отметим.

Все трое встают, я тоже торопливо поднимаюсь. Они прощаются, пожав друг другу руки. Мужчина помоложе мне подмигивает, а тот, что постарше, проводит ладонью по плечу.

— До встречи, Алина. На банкете ты обязана присутствовать. Подраконим конкурентов, покажем им тебя заранее.

С этими словами они уходят, оставив дверь приоткрытой. Роберт что-то говорит, но я уже его не слышу. Потому что вижу Егора. Он стоит, прислонившись спиной к стене, руки все еще скрещены на груди. Поза хоть и выглядит расслабленной, но лицо… На нем буря. Грозовое небо. Молнии. Его взгляд провожает тех мужчин, потом возвращается ко мне.