Книга 365 дней в твоей постели, страница 27 – Валентина Кострова

Амаль приезжает за мной к полудню. Когда он заходит в палату, я сижу на кровати, нервно кусаю губы и тереблю завязки на спортивной тонкой толстовке. Рядом со мной лежат костыли, на стуле стоит сумка. Амаль при параде, правда, я его в другой одежде никогда и не видела. Всегда в костюме, лишь рубашки меняли оттенок черного, пару раз приходил в черной футболке. При виде меня улыбается, мои губы тоже в ответ дергаются в приветливой улыбке.

— Собралась? — смотрит на сумку, потом на меня, потом на костыли. — Поедешь в коляске, костыли заберем.

— Да я могу дойти, — неуверенно мямлю.

Мне страшно выходить из больницы. Оказывается, больничные стены создавали иллюзию защищенности, на время отвлекали от проблем, которые не исчезли извне. И еще мне страшно оставаться с Амалем наедине. Одно дело представлять, как мы будем вместе жить, строить наши отношения, другое дело это все воплощать в реальность. Я только сейчас начинаю догонять в какую авантюру позволила себя втянуть. Могу оправдаться только помутнением рассудка от лекарств, другого объяснения нет.

— Не напрягайся.

Амаль отступает в сторону, в палату заходит медбрат с коляской. Он подходит ко мне, с легкостью переносит с кровати в коляску, даже не успеваю пикнуть в знак протеста. Выкатывает меня в коридор, я на прощание всем соседям по палате машу рукой. Оглядываюсь через плечо, замечаю, как забирают мои вещи.

Лифт спускает на первый этаж, по длинному коридору через приемный покой мы выходим на улицу. Сразу возле двери стоит черный джип. Медбрат пересаживает в машину, я наблюдаю за тем, как он ловко складывает коляску, относит ее в багажник. Амаль туда же грузит мои вещи.

— Я чувствую себя не в своей тарелке, — тихо признаюсь, как только мужчина садится за руль. Он ловит мой рассеянный взгляд в зеркале заднего вида, удерживает его своим притягательным взглядом.

— Я не кусаюсь, Лира, как ты могла заметить, — усмехается, заводит машину. — Ни к чему такому принуждать тебя не буду. Ты мне нравишься, мне хочется иметь тебя возле себя во всех смысла, — его откровенность обезоруживает. Я даже слов не нахожу, чтобы что-то сказать.

— Ты всегда такой прямолинейный? — пристегиваюсь, как только внедорожник трогается с места.

— Предпочитаю не юлить, быть честным и открытым, — вновь встречаемся взглядами в зеркале. — Чего жду и от тебя, Лира. Хочу, чтобы ты всегда была со мной честна и обсуждала любые возникшие вопросы, которые беспокоят.

— Даже если они касаются тебя?

— Тем более, — усмехается и переключает внимание на дорогу.

Больше его не отвлекаю. Отворачиваюсь к окну, наблюдая, как за окном проносится город. Из-за невозможности выходить на улицу я почти пропустила лето. Остались крошки этого солнечного сезона, наступит осень. Мои документы приняты в университет, я официально зачислена на факультет иностранных языков. Уже предвкушаю учебу. Мне год не нужно будет думать о деньгах. Буду учиться и свободное время подрабатывать, ибо вряд ли я буду нужна Амалю каждую ночь. Меня по-прежнему ждут в ресторане, в котором работала. Обещали давать дневные смены, когда меньше народу, чтобы постепенно увеличивать нагрузку на ногу. Правда, сейчас положена лечебная физкультура, физиотерапия и массаж. Если бы не Амаль, не знаю, как бы я восстанавливалась.… Сгнила заживо. Лева не стал бы со мной носиться.