Книга Две полоски после вечеринки, страница 43 – Лина Филимонова

Ксюша

Как прекрасна и беззаботна была моя жизнь совсем недавно! Всего каких-нибудь четыре месяца назад.

У меня не было парня. И я была абсолютно счастлива!

Но не знала об этом. Страдала по Платону. Дура!

Все началось с этого. С желания стать его девушкой. С ощущения, что мне уже пора влюбиться. Что я уже взрослая и готова к чему-то такому…

Дура! Лучше бы я в куклы играла, чем вот это вот все!

Спускаюсь к завтраку. Бабушка ставит передо мной тарелку с оладьями. Как странно они пахнут…

— Кофе будешь?

— Нет!

От одной мысли о кофе меня начинает мутить.

— Ладно, ладно, - успокаивающе произносит бабушка.

И я вспоминаю: она знает. Вернее, догадывается. Или даже уверена. Но думает, что я ещё не поняла…

— Тебе мать не звонила? - спрашивает она.

Я холодею. Неужели бабушка поделилась с мамой своими догадками?

— А зачем ей звонить?

— Да просто, узнать, как дела.

— Не звонила, - отвечаю я.

Бабушка ставит на стол чайник со свежезаваренным чаем. И блюдце с нарезанным лимоном. Садится напротив меня.

Смотрит, как я отщипываю кусочек оладушка и нюхаю лимон.

— Ксюш, что делать будешь?

— Не знаю….

— Глупостей только не натвори.

— Я уже натворила! - не выдерживаю я.

— Ксюш, все бывает. Жизнь она такая… не всегда правильная.

Мы говорим о моей беременности. Но обе делаем вид, что не знаем об этом. Все это очень странно… Просто полный сюр!

— Я подумаю об этом завтра, - вырывается у меня.

— Ну и правильно. Выброси все из головы. Просто отдыхай.

— Просто отдыхать?

Ну и совет.…

— Все будет хорошо, так или иначе, - уверенно произносит бабушка.

— А ты откуда знаешь?

— У меня предчувствие.

* * *

Все это время я думала, что Ваня дрыхнет наверху. Поздно лег, устал, отсыпается.

Захожу во вторую спальню, чтобы растолкать его, а там пусто. Снова спускаюсь на кухню.

— Бабуль, а где Ваня?

— Ваня? Дома, наверное. С чего ты его вспомнила?

— Он же вчера приехал.

— Куда?

— Сюда. Ночью. Мы с ним вместе.… чай пили в беседке.

Так, не надо рассказывать бабушке, что я где-то каталась посреди ночи. И, кстати, велик всё ещё в лесу. Мы его вчера в кустах спрятали.

— Ксюш, может, тебе приснилось?

— В смысле? Его нет?

— Я его не видела.

— И я не видел, - подтверждает появившийся дед.

Я растерянно моргаю. Приснилось?

Может, и две полоски мне приснились?

Это было бы просто прекрасно…

Я на секунду закрываю глаза. И повторяю про себя, как молитву: пожалуйста.… Пожалуйста, пожалуйста… Пусть это будет сон.

Пусть всё станет как было.

Я буду хорошей. Очень хорошей! На пушечный выстрел не подойду к парням. Буду учиться, работать, помогать маме… И только когда стану взрослой и самостоятельной, начну эту вашу дурацкую взрослую жизнь. Или вообще никогда! В монастырь уйду…

— Ксюш, тебе плохо?

— Что? Нет.

Я открываю глаза.

Да, мне плохо. И никто не может мне помочь…

Иду в беседку и звоню Ване.

— Ты где?

— Я в травме.

— Что ты там делаешь? - пугаюсь я.

Неужели поехал ночью куда-то на мотоцикле и разбился?

— Я Песца убил, - отвечает он.

И я представляю маленького пушистого зверька, который внезапно выскочил на дорогу. Подождите… откуда тут песцы? Они не водятся в наших краях.

— Кого?

— Кирюху.

— Вань, ты что несешь?

— Ну, не убил. Но нормально так вломил ему в носяру. У него теперь будет горбинка. Скорее всего.