Книга Семья со сроком годности, страница 71 – Алика Фортис

Губами мокрой кожи касался. А у меня будто всё тело мелкими оболочками покалывало.

Плавно перемещался губами от щек к моим губам.

Первое касание и из груди рваный вдох. Второе. И я отвечаю.

Разомкнула губы, пропуская в рот язык. Мир сильнее руками сжал, к себе прижимая. Целовал с каждой секундой настойчивее.

— Мир. Мир, подожди. – негромко, прерывая поцелуй.

— Что такое? – оторвался, продолжая вжимать меня в себя.

— Мне тоже нужно тебе кое-что сказать.

Лицо горело. Сердце трепыхалось. Каждый нерв, как натянутая струна.

Сейчас. Сейчас нужно сказать. Дальше молчать нельзя.

— Что-то случилось? Ты чего так напряглась?

— Мир, я… беременна. – сказала и с силой зажмурилась.

Секунды тишины и оглушающий удары сердца. Кажется, ощущала не только своё, но и его.

Пересилив панику, всё же открыла глаза.

Мир смотрела на меня потемневшим взглядом. А на губах… улыбка. Он улыбался!

— Ты скажешь что-нибудь? – смотрела в ответ, закусив припухшую от поцелуя губу.

— Я сейчас охренеть как рад. – запрокинув голову, он негромко рассмеялся. – Ты умеешь удивлять Афина.

Я ещё и любить умею. Сильно, с отдачей. Но он ведь это знает. Должен чувствовать.

Подхватив меня на руки, усадил на стол и встал между моими разведёными ногами.

— Правда рад? Я так боялась сказать. – даже немного терялась от частоты и количества поцелуев, которыми он усыпал мои щеки, губы, шею. И все это сквозь улыбку.

— Правда. Не верится до конца, но я рад. Ты давно знаешь?

— В тот день узнала, когда ты сказал, что уедешь и что мы… больше не вместе. Хотела тебе сказать. Но после всего… не решилась.

Мир тут же напрягся. Отстранился. Снова серьезный взгляд.

Нет. Нет, верни улыбку. Я хочу всё как было.

— Пиздец. Афина, прости меня. Я реально кретин. Прости, если сможешь. – обнял крепко, прижимая к груди и поглаживая по волосам. – Прости.

— Мир?

— М?

— Я тебя тоже люблю. Сильно.

Глава 27.1

Ратмир

За всю ночь толком глаз не сомкнул.

Чем занимался? Лежал и гипнотизировал спящую рядом Афину.

И столько мыслей в голове, что впору рехнуться.

Беременна. Поверить до сих пор не могу.

Я не соврал Афине, когда сказал, что рад.

Наверное именно так и должна выглядеть радость, которую испытал я. Мне есть с чем сравнить.

Только от мысли о том, что я свалил от неё, оставив беременной, кишки в узлы наматывает.

А если бы не сорвался сейчас к ней? То, что? Был бы лютый пиздец.

Наверное, теперь до конца дней буду думать о том, как с ней обошелся. Хотел обрубить всё, дав ей возможность двигаться дальше.

А по итогу что? Чуть было не перечеркнул будущее. То самое, о котором хочется думать, представлять забегая вперед.

Несмотря на то, что Афина сильная девочка, она девочка. Ей нужна поддержка, опора, тыл.

И сейчас мне впору разорваться надвое. Здесь беременная Афина, к которой тянет с неимоверной силой. Там, ребенок от Карины, женщины, от которой откровенно потряхивает.

Только тот ребенок тоже не виноват, что его мать наглухо отбитая.

Пока ещё не знаю как, но в первоначальные планы будут внесены коррективы. Оставить Афину одну я тоже не могу. Да и не хочу.

Стоило домой вернуться, будто ожил. Эти ощущения сложно передать словами.

Пока я как примагниченный пожирал Афину глазами, она заворочалась и перелегла на другой бок.