Книга Любовь в Лопухах, страница 14 – Ника Оболенская

— Давай-ка остынем! — И меня как пушинку подняли на руки.

Инстинктивно я вцепилась обеими руками в крепкую шею наглеца.

В голове пронеслось паническое: «Вот сейчас он меня утащит куда-нибудь в укромное место, прибьет и прикопает по-тихому…»

Шагнув со мной за порог бани, будущий маньяк Дима, резко отпустил меня… в глубокий сугроб.

Снег сомкнулся над моей головой, отрезая все звуки, оставляя жалящие ледяные укусы на лице, шее и груди.

Контраст от обжигающего пара в бане и снега был такой, что я на мгновение отключилась от реальности.

А потом заработала руками с утроенной силой, выгребая себе путь на поверхность.

Ну сейчас ты у меня получишь!

Но когда я поднялась на ноги, вся мокрая и облепленная снегом, голожопого банщика и след простыл.

— Я этого так не оставлю, слышишь?! — крикнула я на случай, если он прятался где-то неподалеку, и направилась к дому.

* * *

Сети не было. Вообще. Никакой.

Сколько бы я не перезагружала телефон и не врубала режим «самолет», экран упорно показывал ее полное отсутствие.

— И они еще что-то там говорили про покрытие по всей стране! Халтурщики, — ворчала я, поправляя сползающие с носа теткины очки.

Окуляры я нашла здесь же, на трюмо. Вид они имели жутко бабушачий.

Черная круглая оправа с цепочкой и толстенные линзы делали меня похожей на чокнутую предсказательницу Трелони, что еще сильнее вызывало глухую тоску по испорченным «вогам».

— Черте что! — выругалась, присовокупив парочку непечатных слов, по десятому разу обходя дом.

Маму всегда расстраивало, что я бранюсь как сантехник с двадцатилетним стажем борьбы с гов… с застоем в унитазах.

А я ей говорила, что мат обладает волшебным свойством сокращать тысячи ненужных слов в одно.

Вот и сейчас я выразила все свое негодование в одном ёмком «бл#%», и — чудо, не иначе! — сеть вдруг нашлась.

Аккурат посреди комнаты с натянутой бельевой веревкой и забытым на ней полотенцем.

— Ага, попалась! — Я едва удержалась от победного танца папуасов.

Но стоило мне набрать три цифры и нажать кнопку вызова, как сеть снова исчезла.

— У них тут из операторов «Сосна Мобайл» и «Пень 2», что ли? — раздраженно топнула ногой, а потом подняла руку повыше.

Сеть снова издевательски появилась.

— Так, — я быстро огляделась и притащила табурет.

На первый взгляд он показался мне вполне надежным, но стоило встать на него, как он подозрительно подо мной зашатался.

Будем надеяться, что не развалится.

Отведя максимально руку в сторону и встав на носочки, я ухватилась для равновесия за веревку.

В момент, когда меня уже соединили с оператором, произошли три вещи: табурет подо мной как-то подозрительно громко хрустнул и резко ушел из-под ног; веревка лопнула и туго обвилась вокруг шеи; а в дверь вошел… банщик!

Любовь

Я только успела задушенно ахнуть, как он, крепко матюгнувшись, вмиг подскочил ко мне и подхватил… да за мою многострадальную задницу и подхватил, не дав окончательно сверзнуться на пол.

На секунду мы так и застыли.

Он, сжимая мою пятую точку, и я, клещом вцепившись в его широкие плечи.

«И даже не голые», — мимоходом отметила про себя. Вполне себе одетые…

Рывком освободив меня от удавки, незваный гость тряхнул меня как тряпичную собачью игрушку и взревел не хуже своего древнего предка.