Книга Мой первый, или Ошибка прокурора, страница 110 – Юлия Бузакина

Не желая встретиться с гостем еще раз, я тихо прошмыгнула в спальню и заперлась изнутри — так, на всякий случай. Вышла из комнаты только тогда, когда громко хлопнула входная дверь, извещая о том, что Артем и его дружок ушли из квартиры. Осторожно отодвинула занавеску в гостиной и следила, как наш гость, покачиваясь, садится в такси. Только после этого выдохнула. Не понравился он мне — ни он, ни его взгляды.

Вернувшись в комнату, я достала из сумки планшетный тест на беременность. Несколько мгновений рассматривала пачку, а потом трусливо запихнула ее обратно на дно сумки. Нет, я еще не готова узнать правду о своем состоянии.

Забрав свою кожаную сумку и пальто, Шувалов несся по просторному холлу здания суда к выходу. Судебное заседание длилось несколько часов, а приговор мошенникам так и не вынесли. Что ж, прокуратура свою лепту внесла, остальное — за судьей.

— Андрей, приветик! — резанул по слуху до боли знакомый женский голос.

Шувалов притормозил. Выдохнул, сосчитал до трех и только после этого обернулся.

Ему навстречу плыла писаная красавица Катерина Малкоян. Строгий серый костюм, небольшой дипломат в ухоженных руках — менеджер по связям с общественностью адвокатской палаты округа выглядела сногсшибательно, впрочем, как всегда.

— Какие люди, и без охраны! — растягивая губы в резиновой улыбке, ответил на приветствие Шувалов.

В прошлом его сокурсница Катерина была той женщиной, с которой их много чего связывало: и роман длиной в четыре года, и скандалы, и сладкие примирения. Чего между ними только не было! Они даже одно время съехались, пытались жить вместе. Выдержали месяц, до свадьбы дело так и не дошло, хоть отец Катерины и обещал Андрею золотые горы, если тот станет его зятем.

Не вышел каменный цветок. Разбежались после громкой ссоры с битьем посуды. Ужиться с Катериной оказалось делом невозможным. Избалованная дочь известного в определенных кругах бизнесмена Карима Малкояна, Катя требовала к себе слишком много внимания. Она была очень красива, да и в постели кувыркаться с ней Андрею нравилось, но правду говорят: с лица воду не пить.

Карим Малкоян затаил обиду на Андрея. Счастье, что Андрей у его Катюши был далеко не первым мужчиной, а то в соответствии с кавказскими традициями Карим точно пристрелил бы Шувалова из подаренного на юбилей охотничьего ружья. Не посмотрел бы, что тот прокурор.

В общем, с Малкоянами Шувалов старался держать нейтралитет. Строго и официально.

Андрей кивнул бывшей невесте и уже хотел было пройти мимо, как она его притормозила. Поправила лацкан на его черном пальто, улыбнулась.

— Андрюш, а я по тебе скучаю, — ласково произнесла она.

Он насторожился.

— Кать, не начинай! Мы с твоим отцом еле разошлись, и совсем не мирно. Сама понимаешь, нам вместе не ужиться.

— И что с того, что не ужиться? Я, может, крышу делить ни с кем не хочу. Мне и так хорошо. Давай сегодня вечером куда-нибудь сходим?

— Прости, не смогу.

Он лгал, и она это чувствовала. И вдруг — о, чудо! — в кармане пальто спасительно завибрировал мобильник. Андрей взглянул на экран — мать. Сомнительное спасение. Сговорились они, что ли?

Мать порой выводила его из себя похлеще Катерины, и если с Катей можно было разбежаться, то от стихийного бедствия под названием «мамочка» не было никакого спасения.