Книга Мой первый, или Ошибка прокурора, страница 64 – Юлия Бузакина

— Пойдем, Настя.

От тепла его рук стало немного легче, но меня продолжало трясти. Уже в коридоре запястье пронзила боль, и я вздрогнула.

— Кажется, вывих. — Скользнув взглядом по моей руке, Андрей нахмурился. — Забираем вещи, и на выход.

— Но я… как — на выход? Я же… у меня ученики…

Он лишь покачал головой.

— Брату спасибо потом скажешь за то, что подвел тебя под это все.

… Уже в машине меня немного отпустило. Андрей принес из аптеки сухой лед, прикладывал его к моему опухшему запястью, а я плакала.

Как же я себя жалела! Я в одно мгновение потеряла рабочее место. А ведь я столько души вложила в оформление кабинета, в организацию процесса обучения! Да и дети меня любят.

— Сейчас поедем в травмпункт, пусть снимут телесные повреждения, — игнорируя мои слезы, твердо чеканил мой будущий муж. — Это надо для дела. Завтра утром устроим у господина Скоробогатова в участке проверку, пожалеет, что на свет родился.

— Зачем ты со мной возишься, Андрей? — растирая слезы и тушь по щекам здоровой рукой, всхлипывала я.

— Надо было тебе на сегодня больничный взять. Не думал я, что он сразу в дамки будет метить. Два зайца одним ударом — и карьеру тебе испортить, и к себе забрать. Продуманный у твоего брата кореш. Видимо, привык идти напролом.

Я прикрыла глаза. Вот и съездила за платьем в торговый центр! Вместо этого — здравствуй, травмпункт!

— Настя… — Притормозив на светофоре, Андрей скользнул по мне испытующим взглядом. — Ответь на вопрос, только честно: за что твой брат должен Скоробогатову денег? Может, он наркотики употреблял? Или распространял?

Я понуро теребила сухой лед в пакетике.

— Нет, что ты! Он играл. В карты любил с друзьями после работы под деньги перекинуться. Ему обычно везло, так, по мелочи, но на продукты и пиво хватало. А однажды доигрался с какими-то мутными товарищами, у тех деньги оказались меченые, они их в банке украли. К нам тогда полиция приходила. Посреди ночи вломились, хотели на Артема разбойное нападение повесить. Родители еле откупились тогда. Все сбережения отдали, которые на новую квартиру собирали. У папы случился инфаркт, и он быстро сгорел: не смог пережить, что все накопленное пришлось на взятку отдать, что переезд нам больше не светит. Мама после его смерти ненадолго с нами задержалась. Так мы вдвоем и остались… Артем долго не играл. Чувство вины перед родителями за то, что по миру их на старости лет пустил, крепко держало. А тут Скоробогатов нарисовался, и у Артема долги появились. Думаю, они за старое взялись, только в этот раз Скоробогатов удачливее оказался. Или спланировал все так, чтобы меня заполучить. Он ведь с первой встречи вокруг меня ходил, в глаза заглядывал…

— Ясно, — хмуро буркнул Шувалов.

…Домой к Андрею мы вернулись поздно. Задержались в травмпункте, пришлось рентген делать. Потом у хирурга в кабинете долго сидели. В итоге мне на запястье наложили повязку, прописали прикладывать холод.

— Ничего не делай, я сам ужин разогрею и на стол накрою, — помогая мне снять пальто, распоряжался Андрей.

Я уже не плакала, слез просто больше не было.

— Ну что я, совсем беспомощная, что ли? — взглянула на него с укором. — У меня вторая рука вполне рабочая. Я и тарелки расставить могу, и салфетки разложить. Только хлеб не могу нарезать…