Книга Мой первый, или Ошибка прокурора, страница 9 – Юлия Бузакина

— Сядешь в такси и поедешь домой. Ты меня поняла?

Она отчаянно закивала. Каким-то чудом интуитивно уловила исходящую от него волну опасности. Уже у двери на миг обернулась, взглянула на него в последний раз своими красивыми глазами и растворилась в полумраке холла.

Шувалов шумно выдохнул, провел по коротким волосам рукой и резко поднялся. Не успел даже шага сделать, как дверь слетела с петель. А дальше все было по стандартному сценарию.

В дверях показался отряд спецназовцев в черных масках. Все с оружием в руках.

— К стене! Руки за голову!

Пинок в спину заставил подчиниться. Шувалова обыскали и, надев наручники, под дулом пистолета вывели на улицу через черный ход вместе с остальными задержанными — в основном, сотрудниками клуба.

Морозный воздух обжег легкие, но холода он не почувствовал, хоть и был в одной рубашке.

Им навстречу, размахивая ксивой, бежал Мокрушин. Толкнув в грудь спецназовца, тычущего дулом автомата в спину Шувалова, он подхватил его под руку и повел к неприметному «уазику» на другой стороне дороги. Шувалов позволил усадить себя на заднее сиденье служебного автомобиля и дождался, когда Мокрушин расстегнет наручники.

— В клатче было пусто, — мрачно произнес он.

— Знаю, что пусто! Кто-то нас подставил, — протягивая ему зимнюю куртку, негодовал следователь. — Девка ускользнула. Зря только опергруппу на ноги подняли. Судя по всему, у твоего братика информатор среди наших имеется. Знать бы, кто крыса…

Шувалов уставился в окно. Оперативники на другой стороне улицы устроили расправу над управляющим клубом и его помощниками, да только бессмысленно все. Партия вкусного и запрещенного товара осталась у преступников, а значит, товар снова попробуют забросить в ночные клубы.

Передняя дверца «УАЗа» распахнулась, и в машину заглянул оперуполномоченный Гарик Морозов.

— Матвей Эдуардович, перестрелка на одном из заброшенных складов на Левом — как раз там, куда должны были изначально доставить товар.

— По коням, ребятки, живо! Шувалов, ты с нами? — Мокрушин обернулся к прокурору.

— А то! — зло ухмыльнулся тот. — Надеюсь, мой братец оказался среди тех, кого порешили.

— Там и выясним, — кивнул Мокрушин. — Гарик, что ты завис? Прыгай в машину, поехали! Тут нам больше делать нечего.

Он врубил спецсигнал, и «уазик», завывая сиреной, рванул в сторону выезда из города.

Заснеженный мост преодолели за пару мгновений. Рассекая грязный снег, машина неслась к месту преступления.

Когда они прибыли на заброшенный склад, там уже вовсю работала следственно-оперативная группа.

Мокрушин сунул оцеплению в лицо свою ксиву, махнул рукой Гарику и Шувалову, и они втроем вошли на территорию склада.

Для небольшой заварушки трупов было многовато. Несколько вооруженных мужчин, истекая кровью, лежали в неловких позах на грязной земле на заднем дворе склада. Двое повисли на шлагбауме, которым был перегорожен въезд на задний двор.

У одного из убитых имелись особые приметы: его длинные седые волосы были собраны в хвост, на лице застыла маска удивления. Добротный костюм цыгана был изрешечен пулями и залит успевшей потемнеть кровью.

Мокрушин склонился над убитым.

— Хасан! — с досадой выдохнул он.

С неба повалил снег. Крупные снежинки красиво кружились в воздухе и оседали на грязную землю.